22 ИЮНЯ

 

Ян ЛИСОВСКИЙ

«Аналитическая газета «Секретные исследования», №15, 2021

 

Позорный сговор Сталина с Гитлером и последовавшая агрессия Красной армии против Польши 17 сентября 1939 года привели к расплате – Катастрофе 22 июня 1941 года.

 

Военнопленные красноармейцы в Минске. Июль 1941

 

ВЫДУМКА ЖУКОВА

 

22 июня 2021 года официоз Беларуси и России в очередной раз повторил басню о том, что в 1941 году немцы напали вероломно и внезапно, что якобы никто и додуматься не мог о возможности такого. Это выдумка, которая скрывала некрасивые для СССР нюансы. Выдумал эту басню Г.К. Жуков, который писал в своих мемуарах (напичканных фальсификациями):

«Под утро 22 июня нарком С.К. Тимошенко, Н.Ф. Ватутин и я находились в кабинете наркома обороны. В 3 часа 07 минут мне позвонил по ВЧ командующий Черноморским флотом адмирал Ф.С. Октябрьский и сообщил: система ВНОС флота докладывает о подходе со стороны моря большого количества неизвестных самолётов. В 3 часа 30 минут начальник штаба Западного округа генерал В.Е. Климовских доложил о налёте немецкой авиации на города Белоруссии. Минуты через три начальник штаба Киевского округа генерал М.А. Пуркаев доложил о налёте авиации на города Украины. Нарком приказал мне звонить И.В. Сталину. Звоню. К телефону никто не подходит. Звоню непрерывно. Наконец слышу сонный голос дежурного генерала управления охраны. «Кто говорит?» – «Начальник Генерального штаба Жуков. Прошу срочно соединить меня с товарищем Сталиным» – «Что? Сейчас? – изумился начальник охраны. – Товарищ Сталин спит» – «Будите немедля, немцы бомбят наши города!». Минуты через три к аппарату подошёл И.В. Сталин. Я доложил обстановку и просил разрешения начать ответные боевые действия».

Всё это – неправда. Сталин после 24 часов действительно отправился поспать на дачу, но уже в 2 часа ночи его разбудил Молотов и сообщил: посол Германии Шуленбург хочет передать меморандум об объявлении войны. «Я еду в Кремль, – сказал Сталин, – а ты прими посла лишь после того, как военные точно доложат, что агрессия началась».

Так что Сталина в 3:30 на даче уже не было. И, как видим, нападение не было ни внезапным, ни вероломным. Ведь ещё в 18 часов 27 минут 21 июня 1941 года В. Молотов доставил в Кремль совершенно точную информацию о времени гитлеровского нападения. Согласно журналу учёта посетителей сталинского кабинета в Кремле, произошла их чрезвычайная встреча. Тут же была подготовлена «сверхсекретная директива» без номера, которую выработали приглашённые через полчаса государственные руководители: председатель Комитета обороны Ворошилов, нарком НКВД Берия, первый заместитель СНК Вознесенский, секретарь ЦК ВКП (б) Маленков, нарком обороны ВМФ Кузнецов, нарком обороны Тимошенко, секретарь Комитета обороны Сафонов. И только в 20 часов 50 минут к ним подключился любитель фальсификаций начальник Генштаба Жуков, а также первый зам. наркома обороны Будённый (эти сведения из его дневника). А в 21 час 55 минут прибыл и начальник Главного политического управления РККА Мехлис. Ещё позже Маленков подготовил секретное постановление Политбюро об организации Южного фронта и Второй линии обороны.

Таким образом, с вечера 21 июня всё высшее руководство СССР считает войну свершившимся фактом! Но зачем лжёт Жуков?

 

НЕУДОБНАЯ ПРАВДА

 

Жуков имел традицию все свои ошибки перекладывать на других, а все заслуги других приписывать себе, он и тут попытался наврать, что Сталин, мол, не ждал войны и спал, а один только Жуков якобы тщетно предупреждал «вождя», да тот глупец – мудрого Жукова не слушал.

На самом деле только с середины весны 1941 года и по 21 июня на стол Сталину пришло 84 (!) предостережения о начале войны. Всего с начала года таких сообщений насчитывалось около двух сотен. Но именно Жуков больше всех убеждал Сталина, что Гитлер не нападёт. Глава Генштаба активно готовил армию к нападению на Германию: как только наивные немцы высадятся на Британских островах, Красная армия как бы в ответ на «провокации» ударит в спину Гитлеру и быстро дойдёт до Берлина, Праги, Вены, Парижа. Вот поэтому Жуков массово рассылал директивы «не следовать провокациям».

Жуков и Сталин до последнего верили, что сосредоточение немецких войск на границе – это отвлекающий манёвр для сокрытия вторжения на острова. Ведь, мол, ведение войны на два фронта – это якобы «безумие». В реальности всё было иначе: Гитлер и не собирался высаживаться на острова и оккупировать Лондон. Ему вообще не нужно было, чтобы огромная Британская империя осталась без управления, ведь в таком случае по всему миру начнётся полный хаос, разрушится колониальная система, появится масса аналогов местных «США», что не в интересах нацистов. Фюрер добивался совсем другого: чтобы Великобритания стала его союзником, и тогда они вместе будут править всем миром.

По плану Гитлера, Лондон будет вынужден пойти на мирный договор после того, как рухнет СССР. Кроме того, Гитлер имел неоспоримые доказательства, что коммунисты планируют напасть на Германию. Но Жуков и Сталин во всё это не верили и упрямо ждали высадки нацистов в Британии. Историк Виктор Суворов (Резун) пишет, что, мол, у Кремля была подготовлена дата нападения на Рейх – дескать, в июле. Да не было никакой даты! Эта дата могла появиться только после высадки немцев в Британии.

Действительно, на плане стратегического развёртывания Красной армии от 11 марта 1941 года заместитель начальника Генштаба генерал-лейтенант Ватутин в разделе, где ставились задачи будущему Юго-Западному фронту, который должен был наносить главный удар, сделал очень красноречивую пометку: «Наступление начать 12. 6». (Гареев Махмут А. Готовил ли Советский Союз упреждающее нападение на Германию в 1941 году? // Война и политика, 1939-1941. М.: Наука, 1999. С. 274.) Несомненно, дату начала наступления, полученную путём прибавления к 11 марта трёх месяцев, Ватутин не сам придумал, а записал под диктовку Сталина. Но это был только проект, всё увязывалось с высадкой немцев на острова.

Кстати, председатель Совета Федерации РФ Валентина Матвиенко настаивает: «Главный тезис фальсификаторов сводится к тому, что нападение Германии на Советский Союз было вынужденным, превентивным. За последние три четверти века не был предан гласности ни один факт, ни один документ, который бы подтверждал, что СССР готовился к развязыванию войны». Это неправда, есть множество таких документов, Матвиенко их может сама почитать.

Например, 4 июня 1941 года Политбюро приняло решение о формировании к 1 июля 238-й стрелковой дивизии Красной армии, «укомплектованной личным составом польской национальности и лицами, знающими польский язык, состоящими на службе в частях Красной армии» (Новая и новейшая история, 1993, №2. С. 60-62.) Такая дивизия могла понадобиться только для войны с Германией. Точно так же 26 октября 1939 года, ровно за месяц до советского нападения на Финляндию, К.Е. Ворошилов отдал приказ о формировании 106-го особого стрелкового корпуса из финского и карельского населения СССР. 23 ноября сформированный корпус был переименован в 1-й горнострелковый, а с началом советско-финской войны сразу же переброшен на фронт и назван 1-м стрелковым корпусом финской народной армии с номинальным подчинением марионеточному правительству О. Куусинена. (Аптекарь Павел А. Неизвестное войско не существовавшей страны // Независимая газета, 1994, 25 ноября.)

Историк Борис Соколов пишет:

«К 12 июня сосредоточить все силы и средства не успели, и нападение на Германию перенесли на июль. Для июльского нападения был также усовершенствован план развёртывания от 11 марта, превратившийся в середине мая в «Соображения по плану стратегического развертывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и её союзниками», написанные генералами Александром Василевским и Николаем Ватутиным за подписями (но без автографов) наркома обороны Семена Тимошенко и Георгия Жукова. Главный удар с целью упредить сосредоточение немецких войск по-прежнему наносился на юго-западном направлении, где, как полагал советский Генштаб, находилась самая сильная группировка вермахта, с одновременной обороной на всех остальных направлениях, до тех пор, пока не определится успех на Юго-Западе. Это доказывает, что в Москве не имели никакой информации о развёртывании германской армии по плану «Барбаросса», где наиболее сильная группировка предусматривалась на центральном направлении, и не ожидали в 1941 году германского нападения.

Именно в соответствии с «Соображениями» от середины мая происходила реальная переброска советских войск к границе, которая должна была завершиться к 15-20 июля 1941 года. Кампанию рассчитывали завершить за 30 дней полным разгромом и окружением германских войск в Польше и Восточной Пруссии.

Есть косвенные данные, что Сталин собирался напасть на Гитлера ещё летом 1940 года, рассчитывая, что вермахт начнёт наступление во Франции и завязнет на линии Мажино. На это указывает то, что 26 февраля 1940 года, ещё до завершения войны с Финляндией, народный комиссар ВМФ Н.Г. Кузнецов издал специальную директиву, в которой приказывал считать вероятными противниками Германию, Италию, Венгрию и Финляндию. (Трибуц В.Ф. Балтийцы вступают в бой. Калининград: Книжное изд-во, 1972. С. 294; Кузнецов Н.Г. Крутые повороты: Из записок адмирала. М.: Молодая гвардия, 1995. С. 209). Основная масса советских войск после заключения мира с Финляндией перебрасывалась к западным границам, где у Германии было не более 12 дивизий. Демобилизация почти 700 тысяч сверхштатных призывников, призванных на финскую войну, была перенесена с 1 мая на 1 июля 1940 года. (Последний доклад наркома обороны СССР К.Е. Ворошилова //Военно-исторический журнал (ВИЖ), 1991, № 3. С. 8).

Вполне вероятно, что расстрел в апреле и первой половине мая 1940 года 25 тыс. польских офицеров и гражданских лиц в Катыни и других местах, решение о котором было принято Политбюро 5 марта 1940 года, также проводился в связи с планировавшимся советским нападением на Германию. Ведь в случае начала летом 1940 года советско-германской войны польских офицеров пришлось бы освободить из советского плена и передать польскому правительству в изгнании, которое в тот момент находилось в Париже, для формирования новой польской армии. Однако Сталин предпочёл их истребить до возможного нападения на Германию, так как полагал, что созданная ими польская армия будет неподконтрольна СССР. Однако быстрый крах Франции заставил Сталина перенести нападение на Германию на 1941 год.

Гитлер не верил Сталину и не сомневался, что тот на него нападёт. Точно так же Сталин не верил Гитлеру и не сомневался, что тот на него нападёт. Разница была только в том, что Сталин считал, что германское нападение состоится не ранее 1942 года, поскольку прежде Германия постарается в 1941 году сокрушить Англию. Гитлер же полагал, что советское нападение может произойти в 1941 году, и потому спешил с «Барбароссой», хотя и не имел достоверных сведений о советских планах».

 

ДАТЫ НЕ БЫЛО

 

К словам историка следует добавить, что Сталин ждал начала высадки немцев на острова, и был указатель на день высадки: момент максимальной «псевдоконцентрации» немецких войск на границе с СССР. Мол, как только наступит такое состояние – то немцы и начнут высадку на острова, и тогда коммунистам надо будет лишь подождать 3-4 недели, чтобы немцы там завязли, и вот тогда и начнётся операция по «освобождению Европы». Всё это высшему командованию РККА много раз объясняли Жуков и Сталин. Как писал Жуков, в феврале 41-го, ещё до начала массовой переброски германских войск на Восток, «однажды в ответ на мой доклад о том, что немцы усилили свою воздушную, агентурную и наземную разведку, И.В. Сталин сказал:

– Они боятся нас. По секрету скажу вам, наш посол имел серьёзный разговор лично с Гитлером, и тот ему конфиденциально сообщил: «Не волнуйтесь, пожалуйста, когда будете получать сведения о концентрации наших войск в Польше. Наши войска будут проходить большую переподготовку для особо важных задач на Западе»». (Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. М.: Новости, 1995. Т. 1. С. 373.)

Точной даты не было и у Гитлера. Из дневника И. Геббельса: «16 мая 1941 г. Пятница. На Востоке должно начаться 22 мая. Но это в какой-то мере зависит от погоды». То есть сам Гитлер точно не знал, когда будет наступать. Откуда же это мог знать Сталин? Вот признание Геббельса: «18 июня 1941 г. Среда. Мы настолько захлестнули мир потоком слухов, что уже и я сам с трудом ориентируюсь. Наш наиновейший трюк: мы планируем созыв большой мирной конференции с участием России».

В этот же день 18 июня командующий Западным Особым военным округом (Беларусь) генерал армии Д.Г. Павлов получил директиву Генерального штаба о приведении в полную боевую готовность.

Российские националисты-сталинисты и жуковцы в гневе: «Его [Павлова] шаги: в 18.00 приказывает снять с самолётов оружие и боеприпасы. Вся авиация округа оказалась разоружённой! Этого генералу показалось мало, и он отправляет в подчинённые части ещё такое распоряжение: «Приказ о запрещении отпусков – отменить». А сам отправляется в театр... В это поверить невозможно, но именно так оно и было!»

Но Павлов точно выполнял приказ Жукова! Сигнал из Москвы означал, что Германия начинает вторжение в Британию (мол, сам Гитлер лично обещал). Поэтому у Павлова остаётся 3-4 недели перед началом нападения на немцев, и за это время надо проверить вооружение и технику, а войска должны отдохнуть перед дальним походом.

Но оказалось, что Жуков и Сталин обманули Павлова: немцы вовсе не высаживались на Британские острова, как Кремль обещал руководству приграничных округов. А ведь даже после первых докладов с мест о бомбёжках городов СССР и наступлении немецких войск, Сталин высказался (и об этом указывают все присутствовавшие в его кабинете), что, может быть, это «провокация немецких генералов без ведома Гитлера...»

Так что ошибочна версия Суворова-Резуна (которую он повторяет во многих книгах), что у Сталина была какая-то дата нападения на Гитлера в июле или августе 1941 года. Не было даты – было событие: высадка немцев на Британских островах. Но при этом автор прав в главном: ужасная Катастрофа 1941 года произошла именно из-за того, что Сталин и Жуков готовили страну не к обороне, а к вероломному нападению на Германию. Если бы СССР действительно готовился к обороне, то ничего трагического не произошло бы. То есть не было бы невообразимой путаницы в управлении войсками, не было бы «союзнического» отношения к нацистам, не было бы преступной (для обороны) концентрации войск СССР на границе с Германией и потом катастрофического бегства к «старой границе», не было бы даже того, что Павлов приказал снять для проверки и ремонта вооружение с самолётов, и т.д.

Вот что прячет Жуков в своих лживых «Воспоминаниях и размышлениях». Но самое главное и позорное для СССР в том, что Гитлер виртуозно обманул «кремлёвских дурачков». Была разыграна целая серия спектаклей для имитации якобы «подготовки вторжения на острова», была концентрация флота и войск вторжения, всякие мелкие нюансы, прочее и прочее, включая передвижения к побережью тысяч составов и перевозка огромной массы специалистов и просто населения, огромной массы автопарка, создание всяких «складов» и «баз», и всё это якобы к «дате вторжения». Всякие «письма домой» о «вот-вот высадке в Британии», даже отправка туда всех германских артистов и певцов, всякая прочая суета. И это в Кремле казалось таким достоверным, что Сталин и Жуков этому поверили полностью.

 

МРАЧНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

 

22.06.2021 «Народная воля» опубликовала интервью с известным историком Игорем Кузнецовым, он сказал:

«Так вышло, что по состоянию на 22 июня 1941 года расположение войск Западного особого военного округа и Киевского особого военного округа было не для оборонительной операции, а для наступления. Потому что войска были сосредоточены вдоль государственной границы на глубину примерно 15-20 км, достаточную для достижения даже артиллерийского огня, не говоря уже об авиации.

Например, из 672 тысяч военнослужащих численного состава Западного особого военного округа порядка 300 тысяч человек были только в Белостокском выступе (между Гродно и Брестом). И техника, и все механизированные танковые дивизии находились там. И когда немецкие войска нанесли два сходящихся удара, в течение первых двух суток боевых действий вся эта группировка фактически оказалась в полном окружении. Почему-то на этом не любят особо заострять внимание.

Мой отец сам находился в этом Белостокском выступе. Он тогда нёс срочную службу в Сокулке стрелком в 33-й танковой дивизии 11-го механизированного корпуса. Он рассказывал, что буквально за несколько дней до войны поступила команда снять весь боекомплект с танков и сдать на склады, а с баков слить горючее. Что это, как не провоцирование врага на какие-то боевые действия?

Ещё один пример. Из почти 2 тысяч самолетов, которые были на вооружении Западного особого военного округа, к концу первой недели войны осталось 60 самолетов. Притом, 2/3 из них были уничтожены прямо на аэродромах – они даже не успели взлететь и сделать хотя бы выстрел. И всё потому, что авиация находилась не на секретных, а на базовых аэродромах».

И что же обо всём в этом говорит Жуков в своих «Воспоминаниях и размышлениях»? Ничего! Дабы не позориться, Жуков вообще ничего не стал рассказывать о том, что делал, пребывая в должности начальника Генштаба с новогодних праздников и до 22 июня, а вместо этого помещает в своих «мемуарах» воспоминания совсем другого человека – военнослужащего И.Х. Баграмяна, который никаким главой Генштаба не был, страну к войне не готовил и, собственно, вообще никого не интересует, так как он ничего не решал.

Причём Жуков наврал даже про новогодние учения, по результатам которых Политбюро и поставило его на должность начальника Генштаба. В «мемуарах» (на основе которых была потом снята такая же лживая киноэпопея 1985 года «Битва за Москву») Жуков пишет, что в ходе штабных учений в Кремле отрабатывалась защита СССР от нападения Германии и что Жуков (начальник Киевского особого военного округа) якобы нападал, а Павлов (Западный особый военный округ, БССР) оборонялся. И что Павлов оказался бездарным неучем, а гениальный Жуков якобы захватил за несколько виртуальных дней учений всю БССР. И мол, когда на самом деле в июне 1941 года это же повторили немцы, то Жуков (в сериале актёр М. Ульянов) с укором спрашивает Павлова перед расстрелом (актёр А. Филиппенко): мол, я же тебя тогда победил, а сейчас это повторилось, почему ты не сделал выводов? Но Павлов только отмахнулся беспечно – мол, он и есть истинный виновник Катастрофы 1941 года. Мол, виноват во всём только этот дурачок Павлов.

Всё это тоже ложь. В начале 1990-х в РФ были рассекречены и опубликованы материалы тех новогодних учений. На самом деле они длились два дня. Цель – определить, откуда направлять главный удар нападения: из Украины (Жуков) или из Беларуси (Павлов). В первый день учений Жуков нападал на Румынию и Южную Польшу, а оборонялся за немцев и румын Павлов. Во второй день уже Павлов нападал на Польшу и Пруссию, а оборонял их Жуков.

В обоих случаях за 2-3 недели виртуальных боевых действий Красная армия продвинулась на 250 км территории противника. Так что Жуков врёт, что в тех учениях якобы «победил Павлова». На самом деле расстрелянный по ложному доносу Жукова генерал как раз победил на тех учениях Жукова, дутого «маршала победы». Оба варианта нападения (из Украины и из Беларуси – то есть выше или ниже болот Припяти) были хороши, но Политбюро остановилось на южном как главном. Развитие дальнейшего наступления из БССР тормозилось в Пруссии, где масса всяческих укреплений, крепостей и пр. Но зато наступление из УССР позволяло быстро захватить нефть Румынии, что – по оценкам Политбюро – делало невозможным долгое сопротивление Рейха, который лишался топлива. В итоге Политбюро решило, что готовить удар по Германии надо из УССР, и потому начальником Генштаба и был назначен Жуков. Чтобы готовил нападение.

Но «маршал победы» всё это напрочь забыл в своих «мемуарах». Как в одной из песен СССР на темы войны, «Что-то с памятью моей стало…»

 

НАТВОРИЛИ ДЕЛОВ ЖУКОВ И СТАЛИН…

 

Один из историков РФ пишет 23 июня 2021 года о тех событиях: «В плену миллионы, по лесам бегают около миллиона дезертиров, убитых и раненых более миллиона. По сути кадровой армии нет. Кто виноват?»

Виноваты снова Жуков и Сталин. Конечно, вполне верно такое суждение историка РФ: «Правды ради отметим, что Сталин не был профессиональным военным, и Жуков, и Конев, и Рокоссовский отмечали, что его приказы, касавшиеся сроков операций, их планов, были часто необоснованными и безграмотными, что вело к огромным потерям людским и материальным». Но Катастрофа 1941 года была вызвана вовсе не военными ошибками, а совершёнными в мирное время. Одна из многих таких – Жуков и Сталин провели призыв в Красную армию в «новых территориях СССР», захваченных в 1939-1940 годах.

«Умники» из Кремля (а Жуков был попутно членом Политбюро и одним из руководителей компартии) придумали эксперимент – набирать по традициям Чингисхана и потом царизма рекрутов из порабощённых стран и народов. Ну, мол, как проверка концепта набирать потом пушечное мясо из всяких Чехии, Австрии, той же Германии или Румынии. Так Сталин придумал призывать в Красную армию оккупированных автохтонов, каковые никогда не были ни пионерами, ни комсомольцами, даже русского языка не знали.

А дальше самое гениальное: глава Генштаба Жуков придумал, чтобы они служили не где-то в Сибири или на Дальнем Востоке (где постепенно и могла происходить их русификация), а в дивизиях Первого и Второго эшелонов войск СССР на западной границе. То есть призванные в армию Сталиным эстонцы, латыши, летувисы, западные беларусы (почти все католики), западные украинцы (с идеологией бандеровцев) и вчерашние румыны – якобы должны были отдавать жизни за коммунизм и за Москву. Вместо этого с началом войны они все и разбежались или стали массово сдаваться немцам, как «освободителям от московской оккупации», что напугало и морально разложило РККА. Произошло то, что выглядит, как ОБРУШЕНИЕ той системы, которую создал перед войной Жуков. Типа падения змеек из домино.

Дивизии, в которые Жуков напихал этих призывников из «новых территорий», докладывали в Москву, что все эти «новые красноармейцы» разбежались ещё до вообще до каких-то боёв. Это деяние Жукова в крайней мере убило мораль войск. Вот воспоминание К.К. Рокоссовского: «В районе Клеваны мы собрали много горе-воинов. К нашему стыду, все они, в том числе и офицеры, спороли знаки различия. Обратившись к сидящим, а было их не менее сотни человек, я приказал офицерам подойти ко мне. Никто не двинулся. Повысив голос, я повторил приказ во второй и третий раз. Снова в ответ молчание и неподвижность. Тогда, подойдя к пожилому «окруженцу», велел ему встать. Затем, назвав командиром, спросил, в каком он звании. Слово «полковник» он выдавил из себя настолько равнодушно и вместе с тем с таким наглым вызовом, что его вид и тон буквально взорвали меня».

Не удивляет, что в конце 1941 года в немецком плену оказалось 3 млн. 700 тысяч красноармейцев – из 5,5 млн. довоенной кадровой РККА. (Ещё 400-450 тысяч погибли.) Вполне понятна паника Сталина: почти вся армия отказалась за него воевать и сдалась немцам. Официоз говорит 22 июня 2021 года: «Никто не сдавался!» Подождите, а как же 3,7 млн. военнопленных? Известный историк из ФРГ Иоахим Гофман пишет в книге «Сталинская война на уничтожение» (М., 2006, стр. 119), что, согласно документам, с 25 июля 1941 года немцы стали отпускать по домам всех (!) советских военнопленных украинцев и беларусов с оккупированной территории. За три месяца (по 13 ноября) таковых отпущенных восвояси было в зоне ОКХ 292.702, в зоне ОКВ 26.068 – всего 318.717 солдат и офицеров РККА! Вдумайтесь в эту цифру: это половина состава Западного особого военного округа. И немцы их по домам отпустили!

Когда об этой акции немцев узнал Сталин, то в бешенстве топал ногами: ведь РККА и так воевать за него не хотела, а теперь и вовсе нацелена на тотальную сдачу в плен. Пришлось срочно принимать постановления о том, что если кто-то оказывался в плену, то его семья объявлялась семьей изменника и врага народа – со всеми вытекающими последствиями, в том числе с лишением карточек на питание, что во время войны означало неминуемую смерть.

А как же гордость сотрудников мемориала «Брестская крепость» в отношении того, что пограничники не сдавались? Пропагандисты, которые пишут на эту тему статьи с названиями типа «Погибали, но не сдавались», знают причину, но, мягко говоря, лукавят. Они создают видимость, что, мол, сухопутные войска СССР были сплошь предателями, а вот среди пограничников – ни один не сдался! Да, это факт. Но вовсе не из-за того, что пограничники не хотели сдаваться. Немцы их просто не брали в плен. Дело в том, что Гитлер в своём обращении к войскам 22 июня 1941 года дал напутствие: мол, «немцы несут освобождение угнетённому населению» и потому должны быть к нему гуманны, но нельзя брать в плен и следует расстреливать на месте три категории в войсках противника: евреев, комиссаров и энкаведистов. Пограничники тогда являлись частью структур НКВД и по этой причине подлежали расстрелу на месте, немцы по приказу Гитлера их не брали в плен. Евреи тоже не сдавались. Но по той же причине: их в плен не брали…

 

ИСТЕРИКА В КРЕМЛЕ

 

Когда Сталин и Жуков ещё в первые дни войны стали понимать, что их авантюра с нападением «в спину Гитлера» провалилась и оборачивается крахом, то они стали бояться вовсе не немцев, а своё же Политбюро: что придут и расстреляют Сталина и Жукова как виновников Катастрофы. Причём некоторые наивные историки удивляются: а чего это Сталин и Жуков расстреляли во время тяжелейших событий – своих же генералов и полководцев типа Павлова? Мол, это неумно. На самом деле Сталин подавлял очередной заговор против него, так сказать «заговор группы Тухачевского №2». О том, что лежало в основе «заговора Тухачевского», мы подробно рассказывали в статье «Страшная тайна Сталина» (№11, 2021). Жуков рассказал Сталину, что сейчас снова созрел в командном составе такой же «заговор», и выступил его разоблачителем, для чего Сталин и послал его «наводить порядок на местах» путём массовых расстрелов.

Но этому предшествовала самая настоящая истерика, которая охватила Сталина и Жукова после того, как они запоздало узнали, что Минск взяли немцы.

Н. Хрущёв: «Я знаю, каким героем он (Сталин) был! Я видел его, когда он был парализован от страха перед Гитлером, как кролик, загипнотизированный удавом. Берия мне рассказывал, что Сталин совершенно был подавлен. Буквально так и сказал. Я, говорит, отказываюсь от руководства, – и ушёл. Ушёл, сел в машину и уехал на ближнюю дачу». Генерал Д. Волкогонов: «Документы, свидетельства лиц, видевших в то время «вождя», говорят, что с 28 по 30 июня Сталин был так подавлен и потрясён, что не мог проявить себя как серьёзный руководитель. Психологический кризис был глубоким, хотя и не очень продолжительным».

О том, что в Минске наводят свои порядки немцы, Берия случайно узнал по радио и побежал с белым от ужаса лицом докладывать Сталину. Тот позвонил Тимошенко, но не услышал от него никакого внятного доклада. Вместе с Молотовым и Микояном поехали в Наркомат обороны. Примерно полчаса говорили в нормальных тонах. Но дальше «прорвало».

Сталин был взбешён, что ни Тимошенко, ни Жуков, ни Ватутин совершенно не владеют военной обстановкой на местах. И он взорвался. Микоян напишет, что после этого Жуков «разрыдался, как баба, и быстро вышел в другую комнату». Там он выплакался, утёр сопли и слёзы, а потом был угрюмым и хамил.

Писатель И. Стаднюк на основе своих бесед с Молотовым рисует такую картину: «Верно то, что вечером 29 июня Сталин потерял самообладание, узнав, что немцы второй день хозяйничают в Минске. Выходя из Наркомата, он с ожесточением сказал: «Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё просрали»».

«Просрали» – это самое мягкое слово, в основном там говорили отборным матом. Писатель Н.А. Зенькович, тоже беседовавший с Молотовым, приводит больше подробностей стычки Сталина и военных: «Ссора вспыхнула тяжелейшая, с матерщиной и угрозами. Сталин материл Тимошенко, Жукова и Ватутина, обзывал их бездарями, ничтожествами, ротными писаришками, портяночниками. Нервное напряжение сказалось и на военных. Тимошенко с Жуковым тоже наговорили сгоряча немало оскорбительного в адрес вождя. Кончилось тем, что побелевший Жуков послал Сталина по матушке и потребовал немедленно покинуть кабинет и не мешать им изучать обстановку и принимать решения. Изумлённый такой наглостью военных, Берия пытался вступиться за вождя, но Сталин, ни с кем не попрощавшись, направился к выходу».

 

РАСПЛАТА

 

Катастрофа 1941 года началась вовсе не 22 июня, и причины мгновенного захвата Гитлером Минска, причины сдачи в плен почти всей довоенной кадровой РККА, причины всего прочего следует искать раньше. 22 июня началась РАСПЛАТА ЗА ОШИБКИ. Как писала газета ЦК КПСС «Правда» в 1989 году по поводу «юбилея» Пакта Сталина-Гитлера, это было чудовищной ошибкой: авантюристическая политика Сталина завела его в преступный сговор с нацистами о разделе Европы.

«Всё просрали» 17 сентября 1939 года, когда войска СССР присоединились к нацистам в их агрессии против Польши. Вместо того, чтобы ещё тогда воевать против нацистов, Сталин затеял манипуляции, в ходе которых хотел раздуть в Европе большую войну, а потом туда в разрушенные и ослабленные войной страны войти «освободителем» для установления там гегемонии Кремля и коммунизма. Как писала газета «Правда» в 1989-м, последовала масса преступных ошибок (раздел с нацистами Польши, захват стран Балтии и части Румынии, агрессия против Финляндии), что и привело к Катастрофе 22 июня.

Кстати, совместное с нацистами нападение на Польшу демагоги оправдывают тем, что «надо же было как-то воссоединять беларусов и украинцев». Но они были разлучены вовсе не в ходе войны, а по мирному Рижскому договору. Вот дипломатически и следовало решать вопрос, а не путём соучастия с Гитлером в военном захвате Польши и не путём соучастия в организации Холокоста на этой территории.

И самое удивительное: манипулятор людьми Сталин искренне верил, что способен обмануть такого же манипулятора Гитлера. Оказалось, что всё наоборот. И хотя манипулятор Сталин два года усиленно гипнотизировал своё окружение, что он «одурачил Гитлера», на самом деле фюрер всё это время манипулировал «хитрым» грузином.

Историки пишут о «роли личности в истории», а на самом деле надо исследовать роль манипуляторов людьми в истории. В Германии таким манипулятором людьми был фюрер, в СССР – «вождь-фюрер» Сталин и пробившийся к власти тоже талантливый манипулятор Жуков, который был позже обвинён в «бонапартизме». Такие манипуляторы не жалеют человеческих жизней и поломанных ими судеб, создают секты (которые нередко кончают массовым самоубийством ради их лидера), а если дорвутся до власти – то ведут такие общества и государства к войнам.

Так вот не было никакого «культа личности», был манипулятор людьми.

 

ИМПЕРСКИЕ АВАНТЮРИСТЫ

 

На совместной с канцлером ФРГ Ангелой Меркель пресс-конференции в Москве 10 мая 2015 года Владимир Путин фактически оправдал Пакт Молотова – Риббентропа. Он заявил:

«Смысл обеспечения безопасности Советского Союза в этом пакте был. Это первое. Теперь второе – я напомню, что после подписания соответствующего Мюнхенского соглашения сама Польша предприняла действия, направленные на то, чтобы аннексировать часть чешской территории. Получилось так, что после Пакта Молотова – Риббентропа и раздела Польши она сама оказалась жертвой той политики, которую и пыталась проводить в Европе… И когда СССР понял, что его оставляют один на один с гитлеровской Германией, он предпринял шаги, чтобы не допустить прямого столкновения. И был подписан этот пакт. И в этом смысле я разделяю мнение нашего министра культуры о том, что смысл для обеспечения безопасности Советского Союза в этом пакте был».

Таким образом, Путин главную ответственность за возникновение Второй мировой войны возложил на Польшу, которая стала жертвой германской агрессии. Характерно, что о секретных протоколах к пакту о разделе Восточной Европы Путин вообще не упомянул.

Историк Борис Соколов пишет, что такими утверждениями Россия прикрывает свою гибридную агрессию в Крыму и на Донбассе:

«В действительности на территориях, захваченных Советским Союзом в 1939-1940 годах, не существовало сколько-нибудь влиятельных движений за присоединение к СССР. Коммунистическое движение там было подавлено ещё в 1920-е годы. Большинство населения, осведомлённое о голоде и насильственной коллективизации в СССР, не желало установления советской власти. Никаких плебисцитов о присоединении к Советскому Союзу не проводилось – под контролем оккупационных войск проводились выборы в верховные советы новообразованных республик на безальтернативной основе, и эти парламенты обратились к Москве с просьбой о присоединении. Фактически оккупация СССР Литвы, Латвии, Эстонии, Бессарабии, Восточной Польши и других территорий ничем не отличалась от «мирной оккупации» нацистской Германией Австрии, Судет, Чехии и Дании в 1938-1940 годах. А завоевание финских территорий после советской агрессии против этой страны не отличается по сути от оккупации польской территории вермахтом после нападения на Польшу».

Никакого «воссоединения Беларуси» с вторжением Красной армии 17 сентября 1939 года не произошло, потому что сам Сталин признал незаконным захват территории Западной Беларуси. 30 июля 1941 года в Лондоне был подписан договор между правительством СССР и правительством Польши в изгнании, в первой строке которого было сказано: «Правительство СССР признаёт советско-германские договоры 1939 года касательно территориальных перемен в Польше утратившими силу». То есть 30 июля 1941 года советское правительство (и тов. Сталин как его глава) признало, что никакой «западной Белоруссии» больше нет, а есть Белостокское, Полесское, Новогрудское (и часть Виленского) воеводства Польши – да, временно оккупированные германскими войсками.

Получается, что захват территории Польши военным путём в 1939 году был ошибкой – ведь всё равно вопрос границ решался, как и в Рижском мирном договоре, только после войны (и только после победы над Гитлером) в новых договорах. Так что воевать Сталину надо было с сентября 1939 года вовсе не с Польшей, а с Рейхом нацистов.

Второй печальный и бесславный итог авантюры 17 сентября 1939 года – на долгих 4 года Беларусь оказалась под нацистами, которые тут устроили Холокост и массово убивали беларусов. В этот период от Беларуси (имевшей до 22 июня 1941 года 10 областей) остался только мизерный островок Белорутения как часть рейхскомиссариата Остланд (куда входили ещё три округа – Литва, Латвия и Эстония), этот островок был из обрезков лишь трёх областей – Минской, Барановичской и Вилейской. (Кстати, только там и позволялось на праздники ходить с бкб-флагами, но эту символику категорически запретил рейхскомиссар Остланда Генрих Лозе из-за того, что она провокационно до степени схожести походила на партизанскую символику Армии Крайовой.) Брестская, Пинская, Полесская и Гомельская области вошли в состав рейхскомиссариата Украина, а Витебская и Могилёвская области находились в военном управлении тылов группы армий «Центр». Ну а Гродненская и Белостокская области вообще стали частью Рейха, их жителям были выданы германские паспорта, а территория являлась Белостокским округом Великого Германского Рейха.

Вот к чему на самом деле привело 17 сентября 1939 года – полнейшее расчленение Беларуси.

Но раз не удалось провести «собирание Беларуси», то, может быть, хоть в «военно-стратегическом смысле» СССР что-то выиграл от Пакта и раздела Польши, как рассказывает Путин канцлеру ФРГ? Однако уже шокирует, что Путин ссылается на «мнение нашего министра культуры о том, что смысл для обеспечения безопасности Советского Союза в этом пакте был».

Что может понимать в этой военной теме ныне уволенный министр культуры Мединский? Почему Путин не ссылается не мнение комика Петросяна, на суждения каких-нибудь поваров, врачей или артистов цирка? Что за странный выбор «авторитетного эксперта»?

Всё это – лукавство и демагогия. Зачем нужен какой-то Мединский в этом вопросе, если есть вердикт самого И.В. Сталина 29 июня 1941 года: «Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё просрали».

Так вот никакой «безопасности» Пакт не дал. Беларуский историк Игорь Кузнецов опровергает суждения дилетанта Мединского:

«До подписания Пакта СССР готовился к оборонительной войне. Ещё в середине 20-х годов началось строительство так называемой Линии Сталина – линий укрепрайонов вдоль западной границы РФСР от Балтийского до Чёрного моря, четыре линии находились на территории Беларуси. Затрачены были огромные средства. Кстати, почему-то у нас не принято рассказывать, что на строительстве этой Линии в основном использовался труд заключённых ГУЛАГа.

К лету 1939 года Линия Сталина (а само название ввёл в оборот Геббельс в 1941 году) была фактически готова. Потом происходят известные события, и СССР и Германия становятся дружественными государствами. Начинается демонтаж Линии Сталина на протяжении всей Западной границы. Были расформированы гарнизоны, которые занимали эти доты и дзоты, снято артиллерийское и стрелковое вооружение, вывезены боеприпасы. А сами доты и дзоты переданы колхозам для хранения сельхозпродукции.

И это один из факторов, почему немецкие войска прошли как нож в масло и через неделю уже были в Минске, не встретив практически никакого сопротивления».

В 1939-1941 гг. в Западной Беларуси по приказам Сталина не допускались служить восточные беларусы – чтобы «не было братания». Там служили призванные из Мордовии, Урала, Кавказа, азиатских республик. Языка местного населения не понимали, как и не понимали нашей католической веры беларусов. Не удивляют сводки, которые из НКВД Гродно слали в Кремль: каждый день загадочно погибал очередной красноармеец. Типа пошёл на рынок или погулять – находят мёртвого в сортире, прямо по риторике Путина. Сталин высылает распоряжение «войскам освободителей»: отныне в Гродненской области приказано красноармейцам выходить из гарнизонов только группами и только с оружием. Это никак не вписывается в концепт «освободительного похода», и практически все участники тех событий со стороны СССР дружно пишут, что крайне некомфортно себя ощущали на «новых территориях СССР». То есть, население к ним повсюду относилось враждебно, как к оккупантам.

Это не просто «снизило обороноспособность» 22 июня 1941 года, а вообще её развалило! Оккупанты Сталина пытались тут с 1939 года «присмирить местное население» репрессиями, но у них это с трудом получалось, во всех отчётах НКВД в Москву докладывалось, что население настроено враждебно по отношению к «расширению СССР». А 22 июня началось паническое бегство коммунистических оккупантов – с «враждебной им территории» к границам до сентября 1939 года. Первыми побежали номенклатура партии и начальство НКВД, а следом, глядя на это, стала бежать и армия, бросая танки, артиллерию, склады и прочее. Появилось общее мнение: надо бежать до бывшей границы, где «начинается наше настоящее население СССР» и где есть «Линия Сталина». Но таковая там была уже разобрана.

Так что 17 сентября 1939 года нанесло чудовищный урон по обороноспособности СССР. Стало причиной Катастрофы 22 июня 1941 года. Если этой истины кто-то не понимает – то это или глупые и маргинальные субъекты, либо какие-то манипуляторы ради своих эгоистичных целей.

По оценкам военных историков, если бы 17 сентября 1939 года Сталин не начал «освободительный поход от польщизны», а начал освободительный поход от нацизма, то через 2-3 месяца Красная армия вместе с поляками была бы в Берлине, где объединилась бы с союзными англичанами и французами (в реальной истории в мае 1945 года над Рейхстагом и были подняты флаги СССР и Польши). Ведь к 17 сентября 1939 года нацисты истратили 70-80% боезапасов и топлива, столько же потеряли в своих танкетках (танков ещё по сути не было). Армия была измотана, нуждалась в отдыхе. Для восполнения ресурсов требовался почти год.

Ну и почему же в такой самой выгодной для СССР ситуации Сталин не стал громить нацистов? Ведь точно так вместе с Польшей потом этим и занимался, и с Польшей заключил договор об обмене территориями в 1945 году. Когда Сталин узнал про захват немцами Минска 29 июня 1941 года, то о себе сказал: «Просрали», и это относилось именно к 17 сентября 1939 года, когда воевать надо было не против поляков, а против немцев. Он теперь понимал, что из-за этой его ошибки будут убиты десятки миллионов людей СССР, а сам он, возможно, тоже расстанется с жизнью.

Не вызывает никакого сомнения, что Сталин тогда очень жалел о том, что заключил Пакт с Гитлером. Но Путин говорит, что Пакт якобы повысил обороноспособность СССР. Так вот Сталин такого никогда не говорил.

 

Информация

  • ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ
        (обновляется!)   Теперь книги наших авторов можно купить в любой стране мира. Рекомендуем:…
  • ОКНО В ИНУЮ БЕЛАРУСЬ
      Серия исторических детективов Вадима Деружинского, действие которых происходит в середине 1930-х в Западной Беларуси,…
  • В ЭЛЕКТРОННОМ ВИДЕ
      Уважаемые читатели! Теперь нашу газету можно купить на нашем сайте в электронном виде из…
  • Новый детективный роман
        Вадим Деружинский   Черная лента     В довоенной Западной Беларуси, частью которой…
  • РАСПРОДАЖА КНИГ НАШИХ АВТОРОВ
            Уважаемые читатели! Сообщаем, что организована распродажа по существенно сниженным ценам последней…

На печатную версию нашей газеты теперь можно подписаться и онлайн: