КАК РАСЧЛЕНЯЛИ БЕЛАРУСЬ

 

 

Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ

«Аналитическая газета «Секретные исследования», №6, 2015

 

Какая странная вещь: Беларусь вступила в Великую Отечественную войну с одной территорией, а в 1945-м утратила огромные земли и огромную часть своего народа – и чуть не потеряла кусок Восточной Беларуси. Как же так? Какая же Беларусь «победительница», если лишилась своей этнической территории? Получается, беларусы проиграли в Великой Отечественной войне, а не победили…

В отличие от всех других государств-победителей, Беларусь единственная имеет два вида потерь. Первые – непосредственно от войны: погибло, умерло, мигрировало более миллиона беларусов (примерно столько же погибло евреев БССР в Холокосте). Вторые – от непонятных разделов территории Беларуси: Москва отдала Польше и Летуве наши беларуские земли с населением тоже в миллион человек, где беларусы были целенаправленно ассимилированы в летувисов и поляков. Эти люди и их потомки исчезли для Беларуси, перестали быть беларусами. Потери сопоставимы с потерями от войны, но с войной уже никак не связаны. Этот миллионный урон Беларуси и беларуской нации нанесли не немцы, а руководство СССР. И пока никто не дал оценку этому чудовищному преступлению против Беларуси.

 

В начале ХХ века несколько комиссий ученых (как царской России, так и СССР) определили этнические границы беларусов, которые значительно шире границ нынешней Республики Беларусь. Все столетие нас постоянно обкрадывали и урезали, а беларусы с недоумением смотрели, как «братская» Москва лишает Беларусь беларуских территорий.

Началось все с того, что Ленин оккупировал БНР и приказал включить Беларусь в состав РСФСР как «Западную область» (по аналогии с «Северо-Западным краем» в царской России). Так и произошло бы, однако война РСФСР с Польшей заставила создать БССР, но в мизерных размерах: Россия без объяснения причин отобрала у БССР этнически беларуские земли Восточной Беларуси, где тут же принялась русифицировать миллионы беларусов и запретила все беларуское. С огромным трудом через несколько лет удалось вернуть Витебщину, Могилевщину, Гомельщину, но этнически беларуские земли на Смоленщине, Брянщине и Псковщине Москва так нам и не вернула.

 

ВОРОВСТВО ЗЕМЕЛЬ БЕЛАРУСИ В 1939-1940

 

В 1939 году мы только едва успели порадоваться воссоединению с Виленщиной, населенной в подавляющем большинстве беларусами, как через месяц из Москвы пришел шокирующий приказ: отдать буржуазному государству Летува столицу Западной Беларуси Вильню – где летувисов было всего около 2% населения (Виленщина включала 6739 кв. км с почти 430.000 населения, из которых 80% беларусы и поляки). Руководство БССР даже не было поставлено в известность, нас вообще никто не спрашивал – что являлось нарушением всех законов и Конституции. Ведь чисто беларуская территория из состава БССР передалась какому-то иностранному буржуазному государству! Факт настолько нелепый и одиозный, что наши партийные органы БССР не знали, как его объяснять коммунистам и трудящимся республики.

Войны вроде не было ни с кем, но часть беларуской территории (и территории СССР) мы потеряли. Будто Летува с нами воевала и у нас кусок нашей Беларуси в этой войне себе захватила.

Тогда же осенью 1939 года стали уточнять границу между Западной Беларусью и Западной Украиной. Первый секретарь ЦК компартии Украины Н.С. Хрущев поспешил разжиться беларускими землями и передал в ЦК ВКП(б) свой вариант раздела, по которому города Брест, Пружаны, Столин, Пинск, Лунинец и Кобрин, а также большая часть Беловежской пущи переходили к Украине. Это совершенно не соответствовало этнографической и исторической границе.

Возмущенный Пономаренко срочно прекратил свою поездку по новообретенной Белосточчине и вернулся в Минск, где созвал бюро ЦК КП(б)Б, чтобы выработать свои контрпредложения. Были привлечены ученые, обильный исторический материал, многие архивные документы. 22 ноября Пономаренко был вызван в Москву и в приемной в Кремле встретился с Хрущевым, который едва не устроил драку.

Пономаренко весьма вежливо (если верить его мемуарам) ответил украинскому коллеге, что его граница высосана из пальца и «противоречит понятиям этнографии, статистики и истории». После этого Хрущев вообще озлобился, стал кричать и лезть в драку: «Да что вы знаете?»

Схватились за грудки, дело чуть до кулаков не дошло. Когда их, раскрасневшихся и злобных, вызвали в кабинет к Сталину, тот их спросил: «Вы еще не передрались? Не начали еще войну из-за границ? Не сосредоточили войска?»

Тогда это показалось шуткой, чтобы разрядить обстановку. Сейчас, после 2014-го, шуткой уже не кажется…

Если верить мемуарам Пономаренко, Сталин якобы твердо заявил: «Граница, которую предлагает Хрущев, совершенно неприемлема. Она ничем не может быть обоснована. Ее не поймет общественное мнение. Невозможно сколько-нибудь серьезно говорить о том, что Брест и Беловежская пуща являются украинскими районами. Если принять такую границу, то западные области Белоруссии по существу исчезают. И это была бы плохая национальная политика».

Пономаренко хочет сказать беларускому читателю: мол, вот какой Сталин добрый и мудрый, о беларусах думал. На самом деле Сталин лгал и лицемерил.

Тут ключевая фраза Сталина «западные области Белоруссии по существу исчезают». Почему исчезают? А потому что Коммунистическая партия Западной Беларуси своей территорией деятельности считала не только земли, который сейчас собирался прикарманить Хрущев, но и огромную беларускую Виленщину. И решение Сталина о ее передаче Летуве не имело обоснования (ни этнического, ни исторического, ни статистического), этого не поняло общественное мнение БССР. А если еще отобрать у БССР юг Западной Беларуси – то это вообще полный БЕСПРЕДЕЛ.

Сталин не стал делиться со своими беларускими и украинскими «холопами», зачем он подарил Виленщину Летуве. А для этого у Сталина были минимум три тогда тайные причины:

1. Выполнение обязательств перед Гитлером в рамках совершенно секретного протокола по пакту Молотова-Риббентропа – который развязал Вторую мировую войну.

2. Планы оккупации стран Балтии и Финляндии с их вхождением в СССР.

3. Желание снизить «польское влияние» на западных беларусов за счет союзника в лице летувисов, которые ненавидели поляков. Плюс желание ликвидировать Вильню как центр беларуского национального самосознания. Позже (когда в Ялте было принято решение о создании ПНР – хотя Сталин добивался вхождения Польши в состав СССР) Сталин решил передать Польше беларускую Белосточчину по той же причине – чтобы «очистить Беларусь от польского влияния», которое он видел в усилении «беларуского национализма» во время немецкой оккупации.

Однако Хрущев и его коллеги в ЦК Украины этого не знали. Они иначе гадали: мол, чего это Сталин так невзлюбил БССР, что отдал беларускую Виленщину летувисам? Наверно, зуб у Сталина на беларусов. А давай-ка тогда под шумок и мы себе кусок Беларуси украдем. И пусть со мной (рассуждал Хрущев) попробует ругаться Пономаренко – Сталин все равно на моей стороне будет, ведь у него зуб на БССР.

Сталин (согласно мемуарам Пономаренко) говорит Хрущеву что-то вроде такого: «Ну, чего вам там в Украине не хватает, раз вы хотите кусок Беларуси украсть? Леса вам не хватает?» Тот потупил глаза стыдливо и кивнул. «Подарю я вам кусок Беларуси с лесом».

Мемуары Пономаренко: «Он взял карту и прочертил линию границы, почти совпадающую с нашим предложением, но в одном месте сделал на зеленом массиве карты выгиб к северу и сказал: «Пусть этот район отойдет к Украине».

У меня слов нет. Кем там люди себя считают, к какому роду-племени себя веками относят – этих трех лиц сие не волнует. Мол, лес нужен Украине, давайте им кусок Беларуси дадим (Каменец-Каширский уезд). Так мало ли что кому нужно? А Беларуси нефть нужна, почему бы точно так не дать Беларуси кусок Сибири?

Пономаренко: «Он взял карту и прочертил линию границы». Лихо! Через год точно так Сталин приказал БССР под угрозой наказания (репрессий) передать летувисам еще ряд районов Беларуси (в том числе курорт «Друскеники», который был восстановлен из бюджета БССР для отдыха беларусов): в 1940 году из БССР в Летуву было передано еще 2646 кв. км с населением 76 тысяч человек.

Летувисы попросили Сталина, тот передал это в Минск как приказ с угрозой наказания за непослушание, Пономаренко своим коллегам у руля республики объяснил, что несогласные будут строго наказаны. Снова территорию Беларуси уменьшают – под угрозой репрессий, что фактически насилие и оккупация.

 

ПОПЫТКИ РОССИИ ОТОБРАТЬ ПОЛОЦК

 

Когда шло к концу освобождение БССР, в Кремле решили: а пусть беларусы с нами рассчитаются за освобождение, пусть что-нибудь отдадут великому русскому народу. Ну, скажем, Полоцкую область.

Жил Пономаренко – не тужил, но, как уже было в истории с «предложениями Хрущева», снова его ошеломил внезапный звонок из Москвы, уведомляющий о новом разделе Беларуси (и снова одним из инициаторов был Хрущев – видимо, затаил обиду за прошлый территориальный спор). По словам Пономаренко, в августе 1944 года, примерно через месяц после освобождения Минска, ему позвонил Г.М. Маленков и сообщил, что имеется указание об образовании Полоцкой области. Причем образована она будет в составе РСФСР, и «таким образом Полоцк и соответствующие районы отойдут из БССР в РСФСР».

Слово-то какое: «отойдут»! Вот сидели-сидели, потом сами встали, отошли и на другое место сели… При всей виеватости фразы смысл-то простой и конкретный: Россия отбирает Полоцк у Беларуси.

И в этот раз Пономаренко онемел от неожиданности (хотя мог бы уже привыкнуть). Помолчал несколько минут, потом говорит: мол, что за дела такие? Дайте-ка мне эту тему с товарищами обсудить. Маленков: Еще чего! Никаких обсуждений! Чемодан в руки – и немедленно в Москву!

Приехав, Пономаренко выяснил, что инициатором очередного раздела Беларуси снова оказался Хрущев (любил тот чужие земли делить), плюс Маленков. Также группа инициаторов аннексии включала соратников Сталина: Андрея Андреева, Александра Щербакова, Андрея Жданова. Сей проект поддержали Молотов, Каганович, Ворошилов и Микоян. Как узнал об этом Пантелеймон Кондратьевич, так спина похолодела от ужаса: «Прощай, наш Полоцк…»

На приеме у Сталина 14 августа 1944 года Маленков указал на Пономаренко и пожаловался аудитории: мол, этот тип чего-то недоволен, возражает против аннексии Полоцкой области в состав РСФСР, хотя вопрос уже решенный. Сталин оживился: «Неужели недоволен?» И поинтересовался, в чем причина.

Пономаренко в мемуарах рассказал, что принялся приводить аргументы: Полоцк – старинный беларуский город, тысячу лет был беларуским, в том числе и 25 лет в БССР. Плюс это в сознании беларусов центр беларуской культуры, там родился и вырос Скорина (в этот аргумент слабо верится, так как до 1960-х Франциск Скорина был в СССР запрещен как «жупел беларуских студентов-националистов»). Ну и главное: война, жертвы, все такое. «И тут к окончанию войны Белоруссия территориально и по населению сокращается за счет отхода ряда районов и г. Полоцка к РСФСР. Мне кажется, что это не будет народом понято и многих обидит…»

Если верить Пономаренко, то после этой пламенной речи «добрый царь» Сталин порешил: «Народ хороший, и обижать его, действительно, не стоит».

Со стороны это выглядит как глупая и нелепа сцена. Историк А. Великий в статье «П. Пономаренко. Штрихи к портрету» («СБ. Беларусь сегодня, 2002, 21 декабря, с. 4) называет это мифом, который «документально не подтвержден и основывается только на воспоминаниях самого Пономаренко». Историк констатирует: «известные воспоминания П. Пономаренко следует рассматривать как попытку сохранить в памяти белорусов свой позитивный образ «собирателя и защитника» целостности белорусских земель».

Анатолий Великий не ошибся, и его предположения подтвердились. Российский историк, кандидат исторических наук Юрий Борисёнок на основе детального изучения недавно рассекреченных документов Архива президента Российской Федерации пришел к следующим выводам.

На самом деле полоцкий вопрос начал серьезно обсуждаться не в августе, а в июле 1944-го. Конкретно – с момента освобождения Полоцка 4 июля. 17 июля на рассмотрение Сталина был внесен проект постановления ЦК ВКП(б) «Об образовании в составе РСФСР Полоцкой области». Область предполагалось создать за счет разукрупнения Витебской и Вилейской областей БССР и Калининской области РСФСР – в виде достаточно крупного региона, где до оккупации проживало 1.139.600 человек (в абсолютном большинстве беларусы). Прилагались проекты соответствующих указов Президиума Верховного Совета СССР с грифом «Без опубликования в центральной печати» и прочее, в том числе точные географические размеры региона. Был найден и первый секретарь обкома партии (т. Бойкачёв Г.М.).

А самое забавное: в представлении от 17 июля Сталину ясно утверждается: «Секретарь ЦК КП(б)Б тов. Пономаренко и секретарь Калининского обкома ВКП(б) тов. Бойцов согласны с предложением об образовании Полоцкой области в составе районов, указанных в проекте постановления ЦК ВКП(б)».

Доктор исторических наук, профессор Э.Г. Иоффе в недавно изданной книге «Пантелеймон Пономаренко: «железный» сталинист» комментирует это так (с. 204):

«И если позиция И.П. Бойцова вполне предсказуема, то версия Пономаренко становится весьма уязвимой, а его репутация «собирателя» белорусских земель – неадекватной. В те дни предметом пристального внимания Сталина был польский вопрос, решение по полоцкой проблеме пришлось отложить. После того как урезание границ БССР в районе Белостока в связи с советско-польским соглашением от 27 марта 1944 г. стало неизбежным, проект создания Полоцкой области оказался неактуальным».

Мне кажется, что профессор Иоффе ошибочно отделяет «польский вопрос» от «полоцкой проблемы». Ведь, собственно говоря, никакой «полоцкой проблемы» и НЕ СУЩЕСТВОВАЛО! Какая там вообще могла быть «проблема»? Все наоборот: суета вокруг Полоцка и была частью попыток решения «польского вопроса».

В чем, собственно, вообще состоял «польский вопрос»? Это гораздо позже, на Ялтинской конференции союзных держав (4-11 февраля 1945) Сталину не удалось навязать союзникам включение Польши в состав СССР. Но летом 1944 года Сталин был уверен, что Польша станет новой союзной республикой СССР. Сам собой встал вопрос: что привлекательного мы дадим Польше для вхождения в Советский Союз?

Вспомнился недавний опыт с Летувой, которую заманили в СССР передачей ей беларуской Виленщины. А чем заманить в Союз Польшу? Белосточчину можно отдать, снова у Беларуси кусок урезав. Но маловато.

Коль главным инициатором и консультантом Сталина в этом вопросе являлся все тот же Никита Хрущев, то, судя по всему, он снова запел свою песню: а давайте вообще всю Беларусь разделим. То есть, снова: к Украине отходят территории, на которые ранее Хрущев претендовал; к Польше Западная и Центральная Беларусь, Северо-Западная к Летуве, Восточная к РСФСР. В целом план в отношении Польши неплох: ликвидация Второй Речи Посполитой и ущемленные «великодержавные чувства поляков» компенсируются тем, что в СССР поляки обретают в состав своей ПССР земли «восточных кресов». И, с другой стороны, беларусы в составе ПССР будут как бы «гасить» польский национализм и «учить Польшу коммунизму». Если при этом у руля всех ветвей польской власти ставить преимущественно беларусов – то это будет поляками принято, а вот русских, украинцев и летувисов у власти ПССР поляки не примут. Пожалуй, тут и самое главное обстоятельство: воссоединить остатки Беларуси с Польшей и послать Пономаренко этим объединением управлять. То есть «укрепить ПССР» беларусами и беларускими коммунистическими кадрами.

В рамках подготовки к реализации такого варианта и был предложен его начальный этап: освобожденные земли Полоцка в рамках эксперимента вывести в состав РСФСР. Однако примерно в этот же период Сталин занимался вопросом создания будущей ООН, где предлагал союзникам считать самостоятельными соучредителями-субъектами все республики. Но те отвергали возможность вступления Польши в состав СССР, а из республик СССР видели отдельными членами ООН только Беларусь и Украину – и то лишь с прицелом на создание Еврейского государства то ли со столицей в Бобруйске, то ли в Крыму – на что правящие круги США были готовы выделить астрономические суммы. Евреи-миллиардеры Америки обещали Сталину потратить миллиарды долларов на восстановление Беларуси с условием создания там Еврейской республики и ее членства в ООН.

Летом 1944-го все эти варианты сплелись в странный клубок возможностей. И, видимо, по этой причине в 1944 году Сталин сделал новое и странное (лишь на первый взгляд) деление ИМЕННО БССР на области: Полоцкая, Витебская, Минская, Гомельская, Бобруйская и т.д. (это деление сохранялось до 1954 г.). Теоретически вполне могло так и выйти: Полоцкая область отходила РСФСР, на территории Витебской, Минской, Бобруйской, Могилевской, Гомельской создавалась Еврейская республика в составе СССР; южные области отходили Украине; Белостокская, Брестская и Барановическая – Польше тоже в составе СССР; Молодеченская – Летуве тоже в составе СССР.

Предположу, что примерно такой проект разработал для Сталина (и по его указанию) Хрущев с коллегами. Потому что в противном случае проект передачи Полоцка в состав РСФСР лишен смысла и всякого обоснования – кроме разве что «русского шовинизма». Но, как видим, в тот период Сталина более всего волновали вопросы Польши и Еврейской республики как новых субъектов СССР, так что предложенная картина кажется верной. Ведь если делить Беларусь так, как было описано выше, то Полоцкая область действительно не подходит ни для передачи Летуве, ни Польше, ни Еврейской республике, ни Украине. А коль БССР упраздняется – то кто же иной заберет Полоцкую область? Только РСФСР.

И, конечно, нет никакой заслуги Пономаренко в том, что не произошло нового раздела Беларуси. Просто Сталин отказался от варианта создания Еврейской республики на территории БССР (что, по сути, пока являлось лишь блефом с его стороны – для охмурения США) и выбрал новое для нее место – Крым. И тогда же, летом 1944-го, послал в США делегацию под руководством Михоэлса для пропаганды мечты, что у евреев будет в Крыму свое государство. Собственно, отчасти по этой причине местом проведения Ялтинской конференции в феврале 1945-го и был выбран Крым.

Ну, а лояльность Польши решили купить передачей ей для начала Белосточчины из состава БССР. Но полного раздела Беларуси это уже не предусматривало, и наоборот актуальным становился иной вариант – БССР как соучредитель ООН. По этой причине Сталин и закрыл «полоцкий вопрос».

Но все это, конечно, пока лишь предположения – увы, многие документы той эпохи, касающиеся именно тем выбора политических решений, до сих пор засекречены Москвой.

 

КАЛИНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ В СОСТАВЕ БЕЛАРУСИ

 

После образования Калининградской области в 1945 году на территории Восточной Пруссии Пономаренко направил Сталину записку с предложением присоединить ее к БССР, представив ей для этого коридор через соседнюю Летуву. А до этого Пономаренко собрал команду из 10 ученых и разных специалистов, которых в строгой военной секретности отправил в Калининградскую область, чтобы они там составили обоснования присоединения ее к Беларуси и изучили последствия этого «самым тщательным и всесторонним образом». Те через месяц представили объемный документ, с которым Пономаренко обратился к Сталину и который обсуждался на Политбюро.

Кто был против? Удивляться не стоит – более всего против снова был Хрущев. Профессор Иоффе пишет:

«Сам же Пономаренко подчеркнул, что излагает единую позицию партийного и хозяйственного руководства республики. Белоруссия действительно стремится получить выход к Балтийскому морю, поскольку это даст её экономическому развитию дополнительные стимулы. И белорусы, больше всех пострадавшие в войне, имеют право на это не меньше, чем Литва, получившая существенную прибавку территории, хотя её вклад в победу несравним с белорусским. Белоруссия, в отличие от своих прибалтийских соседей и Польши, в результате войны ничего не выиграла, что вряд ли справедливо.

Но главное не в этом. Калининградская область, которая заселяется в основном жителями России, Украины и Белоруссии, оказывается в окружении прибалтийских республик. Получается разрыв единого славянского пространства, что впоследствии может обернуться негативными политическими последствиями. У Запада, той же Германии, будет постоянный соблазн «отсечь», а затем и вернуть бывшую Восточную Пруссию в лоно капиталистического мира, учитывая её «висячее» положение. Этот соблазн отпадёт, если Белоруссия получит Калининградскую область, а с ней и выход к Балтийскому морю. Появится и дополнительное средство воздействия на Литву и её прибалтийских соседей, если они вновь потянутся к Западу».

По словам Пономаренко, Сталин его похвалил и сказал, что Калининградскую область следует передать БССР, но «как-нибудь потом». Мол, «нельзя отягощать современное международное положение еще одним конфликтным вопросом». Лично мне непонятно, что конфликтного в передаче БССР Калининградской области? Вообще говоря, этот регион ООН передала не РСФСР, а СССР – на полвека, до особого решения ООН. То есть вовсе не навсегда. Однако СССР распался, а Калининградская область почему-то осталась в РФ...

После смерти Сталина к вопросу вернулся Хрущев. Он предлагал БССР Калининградскую область – но в обмен на другие территории (отдать Гродненщину Летуве и т.д.). Беларусь эти предложения не устроили.

Следует сказать, что именно Беларусь имеет исторические права на Калининградскую область: немцы захватили Помезанию князя Святополка и Погезанию короля Пруссии Миндовга, и рутены и пруссы (князья, дружины, горожане) были вынуждены уйти по Неману в район Новогрудка, где и создали наше государство ВКЛ. В 1410 году жемойты (население Республики Летува) изнывали от ига тевтонов и подняли восстание, что стало для нас поводом разгромить Тевтонский орден и вернуть нашу власть над Пруссией, которая стала вассалом наших королей.

На мой взгляд, Пруссию не отдали БССР по двум причинам. Во-первых, Беларусь (как и Украина) являлась формально самостоятельной страной-соучредителем ООН, а решение ООН касалось передачи региона под управление СССР – то есть другому субъекту Организации. Тут возникали правовые проблемы, для такого решения следовало снова собирать кворум мировых государств, а они в период начала Холодной войны могли вообще пересмотреть статус Пруссии (да и статусы Беларуси и Украины в ООН). И, во-вторых, БССР сама была полностью разрушена в войне, а восстанавливать еще и Пруссию, лежащую в руинах, для республики было уже не по силам.

 

ПОСЛУШНЫЕ БЕЛАРУСЫ

 

Не спрашивая мнения Беларуси, Москва в 1945 г. подарила Польше 17 районов Белостокской области с городом Белостоком и 3 района Брестской области (часть Беловежской пущи). Пономаренко послал Молотову возмущенное письмо, в котором указывал, что это исторически беларуская территория и что там поляки составляют только 20% населения. Москва приказала замолчать.

Все это выглядит довольно странно на фоне заявлений советского руководства про «братскую дружбу» и про «нам чужой земли не надо, а своей ни пядь не отдадим». Очевидно, беларуские земли в Москве «своими» не считали.

Почему же власти СССР так обхаживали летувисов с поляками и откровенно плевали на беларусов? Почему раздавали направо и налево этнически беларуские земли? Почему выполняли любую блажь тех, кто желал урвать у Беларуси кусок? И еще грозили руководству БССР: рот закройте, а то накажем…

Вот это кажется самым непонятным. Ведь стратегически и геополитически Беларусь для СССР значила на порядки больше, чем Летува или Польша. Но в Кремле были настолько уверены в покорности и затюканности беларусов, что за людей их не считали. Покорно выполняли прихоти отмороженных националистов, правивших Литовской ССР, но при этом кидали в лицо Пономаренко его справки, написанные Академией наук БССР: мол, заберите себе ваш этот мусор.

Очевидно, это колониальное наследие царизма, которое формировало представления, что беларусы – это «недоделанные русские». Именно при царизме родилась концепция: превратить беларусов (литвинов) в великороссов, а кого не получается превратить – считать поляками и летувисами.

Существенен, наверно, и хуторской менталитет беларусов – это спокойный и терпеливый, дисциплинированный народ. Впрочем, это результат многовековой «селекции» в виде чудовищных войн и репрессий – главным образом со стороны восточного соседа, в ходе которых планомерно истреблялась активная часть беларусов. Но в итоге сложилось мнение, что беларусы лишены воли, а потому с ними можно делать что угодно…

 

Информация