МОСКОВСКАЯ ОРДА

 

 

«Аналитическая газета «Секретные исследования», №20, 2014

 

Если в советское время было принято говорить о «татаро-монгольском иге», то современные российские историки пустились в другую крайность – рассуждают о каком-то «общем государстве Орды и Руси». Но возникает вопрос: что они понимают под «Русью»? Ведь из русских земель в состав Орды входило только Залесье (будущее Московское княжество), а Иван Грозный, лишь захватив власть в Орде, напал на республики Пскова и Новгорода, Великое княжество Тверское. Подменять всю Русь каким-то в ту пору мелким ордынским улусом Залесьем – это фальсификация истории.

 

«ЭСТАФЕТА ВЛАСТИ»

 

Чаадаев писал в 1843 году, что "продолжительное владычество татар – это величайшей важности событие... как оно ни было ужасно, оно принесло нам больше пользы, чем вреда. Вместо того чтобы разрушить народность, оно только помогло ей развиться и созреть... оно сделало возможными и знаменитые царствования Иоанна III и Иоанна IV, царствования, во время которых упрочилось наше могущество и завершилось наше политическое воспитание".

Все верно, лишь следует уточнить, что эта «российская народность» – и есть московизированные татары Орды (плюс славянизированные финно-угры Залесья).

Российский историк Вадим Кожинов в очерке «Монголы и Русь» оправдывает татар:

«Мне могут напомнить, что в русском фольклоре – от исторических песен до пословиц – имеет место весьма или даже крайне негативное отношение к "татарам". Однако не столь уж трудно доказать, что здесь перед нами отражение намного более поздней исторической реальности; дело идет в данном случае о татарах Крымского ханства, об их, по существу, разбойничьем образе жизни: опираясь на мощную поддержку Турецкой империи, они с середины XVI до конца XVIII века совершали постоянные грабительские набеги на русские земли и, в частности, увели сотни тысяч русских людей в рабство. …Нет ничего неожиданного в том, что наивысшим признанием пользовались на Руси те "руководители" XIII-XIV веков, которые всецело "покорялись" вассалитету – св. Александр Невский, Иван Калита, свв. митрополиты Петр и Алексий и т.п. (историки начали "критиковать" их за "покорство" монголам лишь в XIX веке)».

Надо уточнить: не «на Руси», а лишь на Залесье.

Между Русью и Залесьем существовало огромное принципиальное отличие: князьями Руси являлись местные уроженцы, а вот в Залесье правили киевские (то есть украинские в нынешнем понимании) князья со своими дружинами, которые силой подчинили себе местные финно-угорские племена – абсолютно не родственные, ибо те не были даже индоевропейцами. И хотя в последующем болгарские попы активно ассимилировали этих аборигенов в «славянскость» (в результате этой ассимиляции бесследно исчезли со своими языками такие племена, как мурома, чудь, мещера и пр.), но отношение властей к туземцам было таковым, что те кроме феодального гнета испытывали еще и национальный (что в дальнейшем сформировалось в крепостное право).

В ВКЛ шляхта составляла до 15% населения, пополняясь за счет местных крестьян. А вот в Московии дворян было менее 1%, и они ощущали себя инородной элитой среди иноязычных крестьян. В Киеве, Львове, Смоленске, Полоцке князья и их дружины говорили с населением на одном языке – а вот в Залесье князья и дружины не понимали язык финно-угорских автохтонов края. Александр Невский и Иван Калита ощущали себя инородцами среди коренных жителей Московской области. Фактически они были для местных племен такими же иноземными завоевателями и поработителями, как татары. Вот именно по этой причине московские князья и пошли на коллаборационизм с татарами. И это не «специфика Руси» (которая как раз татарам не подчинилась), а специфика только одного Залесья, ставшего Московским улусом Орды.

Далее Вадим Кожинов в своем очерке пересматривает суть Куликовской битвы: она была не против Орды, а за Орду и за царя Тохтамыша, против восставшего темника Мамая. Затем автор пишет:

«Не менее важно правильно понять само окончание вассалитета Руси по отношению к империи. Здесь опять-таки дело вовсе не сводилось к борьбе: в XV веке Москва, выражаясь вполне точно, переняла эстафету власти над Евразией у ослабевшей и распадающейся империи и постепенно присоединяла к себе ее "куски" – Казанское, Астраханское, Сибирское ханства. Только ханство Крымское, ставшее, по сути дела, частью Турецкой империи, сохранялось вплоть до конца XVIII века».

Но чтобы «перенять эстафету власти» у Орды, надо быть ЧАСТЬЮ Орды, надо иметь такое же политическое и ментальное устройство, общую культуру и традиции. Так вот у Руси ничего такого общего с Ордой отродясь не было. В Великом княжестве Литовском и Русском области, относящиеся к Руси, имели Магдебургское право, подчинялись по вере Византии, население носило европейские одежды. При этом Иван Грозный утопил в крови республики Пскова и Новгорода и Великое княжество Тверское за их желание вступить в ВКЛ и в Речь Посполитую (уничтожая там везде под корень русское православие).

А вот в Московии 140 лет религия была автокефальной (не считалась ни русской, ни православной, не подчинялась Византии и являлась по сути несторианской, обожествляющей по восточной традиции власть). Люди говорили при встрече «Шалом» и носили восточные одежды (астраханские халаты, остроносые восточные сапоги), женщины закрывали чадрой лица, жен и дочерей в Московии держали в гаремах-теремах на втором этаже (чадру и гаремы отменил только Петр I). Женщинам, как на Востоке, было запрещено заходить в церковь – они молились у стен снаружи. При Иване III, Василии III, Иване IV царил строжайший сухой закон – как и во всей Орде (поэтому нелепы попытки приписать Москве изобретение водки – ее изобрели в ВКЛ). Про городское самоуправление, цеховиков и Магдебургию можно даже не заикаться – ничего подобного в деспотической Московии быть в принципе не могло.

Но все это – вовсе не Русь. Это МОСКОВСКАЯ ОРДА. Ее никак нельзя называть «Русью». И вот в таком понимании действительно становится ясно, почему Московская Орда переняла эстафету власти в Золотой Орде. И при этом Иван Грозный, оставаясь по титулу великим князем Московским, берет себе еще титул царя Ордынского – чтобы быть «вровень» с царями Орды, над которым он обретал власть. Вот для чего это было сделано – о чем никогда не говорил ни один российский историк, ибо это «табу» для российской историографии.

Г.В. Вернадский в своем "Начертании русской истории" (1927) показал, в частности, как целый ряд знатнейших потомков Чингисхана – таких, как Шах-Али (Шигалей), Саин-Булат (Симеон Бекбулатович), Симеон Касаевич, – добровольно перешли на службу московского князя и обрели там самое высокое признание. Так, Шах-Али являлся главнокомандующим московским войском в Ливонской и Литовской войнах 1550-1560-х годов, а крестившийся Саин-Булат (Симеон) был даже провозглашен в 1573 году "великим князем Всея Руси" и после кончины царя Федора Иоанновича (1598 г.) считался одним из главных претендентов на престол Московии-Орды.

Еще в XIII веке племянник Батыя принял христианство с именем Петра и стал так верно служить Московской Орде, что был причислен к лику святых (преп. Петр, царевич Ордынский; его потомком, между прочим, был величайший иконописец эпохи Ивана III Дионисий). Одним из приближенных Дмитрия Донского был царевич-чингизид Черкиз; его сын Андрей Черкизов командовал одним из шести полков финского Залесья, пришедших на Куликово поле.

Когда в 1476 году (то есть еще до "свержения ига") итальянский дипломат Амброджо Контарини приехал в Москву, он столкнулся с парадоксальной, но вполне типичной для Московской Орды того времени ситуацией. Князь Иван III, сообщал Контарини, имеет "обычай ежегодно посещать... одного татарина (по-видимому, речь шла о хане Касимовском), который на княжеское жалованье держал пятьсот всадников... они стоят на границах с владениями татар, дабы те не причиняли вреда стране великого князя". Вот истоки будущего российского казацкого сословия (российские казаки были татарами, говорили даже в начале ХХ века по-татарски).

 

ПРАВДА О ЗАХВАТЕ КАЗАНИ

 

Вадим Кожинов в своем очерке пишет: «Нельзя не коснуться акта присоединения к России Казанского ханства».

Что он называет словом «Россия», если Иван Грозный еще не подчинил себе Новгород, Псков, Тверь? Вообще это со стороны выглядит абсурдом: русские республики и княжества еще «не в составе России», но Грозный идет захватывать не их, а Казань, которая уж совершенно не Русь-Россия. Отсюда и маразм российской историографии: земли Руси вошли «в состав России» позже татарских земель Орды. Так что это тогда за «Россия» такая? Это та же самая Орда, власть в которой захватил Московский улус.

Казань еще в конце XII века стала столицей существовавшего с X века государства волжско-камских булгар. Но вскоре Булгария (в одно время с финским Залесьем) была завоевана Батыем и до тридцатых годов XV века являлась, по сути дела, таким же вассалом Золотой Орды, как и Московия; булгарские князья, подобно московским, платили дань и исполняли вассальные обязанности. Причем несколько раз они бунтовали и отказывались платить дань – для подавления этих бунтов и для выбивания дани цари Орды посылали в Казань войско Москвы.

Но к середине XV века, после фактического распада Золотой Орды, бывший ее царь Уду-Мухаммед, изгнанный соперниками из Сарая и затем из Крыма и оставшийся, таким образом, без владения, захватил Казань, убил ее булгарского владетеля Али-Бека (иначе – Алибея) и сел на его место. Причем вначале Уду-Мухаммед имел намерение "сесть" подобным же образом не в Казани, а в Москве.

Хотя в царствах Орды существовал раскол, но они продолжали жить как нечто целое. После смерти в 1518 году правнука Уду-Мухаммеда, не оставившего сыновей, из Крыма в Казань был прислан с войском и свитой младший брат тамошнего царя, Сагиб-Гирей. Позднее он вернулся в Крым, а в Казань прислал оттуда своего племянника Сафа-Гирея, правившего до своей кончины в 1549 году – за три года до взятия Казани войском Московской Орды.

Двухлетний сын Сафа-Гирея, Утемыш-Гирей, естественно, не мог править, и помощь Казанскому царству на этот раз пришла уже не из Крыма, а из Астрахани. В начале 1552 года в Казань явился царевич Едигер – сын царя Астраханского правнук Ахмата (который пытался в 1480 году заставить подчиниться ему Ивана III). Он пришел, сообщает составленный вскоре после событий их непосредственным очевидцем "Казанский летописец", и "с ним прийде в Казань 10.000 варвар, кочевных самоволных, гуляющих в поле". Цифру эту подтверждает другой очевидец – князь Курбский в своем рассказе о взятии Казани (в книге 1573 года "История о великом князе Московском"), сообщая, что во время последней решающей схватки хана Едигера окружали именно 10.000 отборных воинов.

Из этого следует вывод, что битва за Казань шла главным образом не между московитами и коренным населением царства, а между боевыми силами чингизида Едигера, которые он привел из Астрахани, и войском Московской Орды. ЭТО БЫЛА БИТВА ЗА ВЛАСТЬ В ЗОЛОТОЙ ОРДЕ.

Вадим Кожинов пишет:

«При любых возможных оговорках все же никак нельзя считать правление Едигера и его воинов воплощением национальной государственности народа, жившего вокруг Казани, – хотя это и делают некоторые татарские историки.

Итак, судьба Москвы и Казани со времен монгольского нашествия и до 1430-1440-х годов была аналогичной: правившие в этих городах князья являлись вассалами монгольского хана – "царя". Но с момента захвата Казани Уду-Мухаммедом, убившим принадлежавшего к коренному населению князя Алибея, положение стало принципиально иным: представим себе, что чингизид Уду-Мухаммед смог захватить не Казань, а Москву, убить княжившего тогда Василия II (отца Ивана III) и править в Москве вместе со своим войском и свитой... Поэтому, повторяю, по меньшей мере некорректно усматривать во взятии Казани московским войском в 1552 году подавление национальной государственности.

Впрочем, и вопрос о борьбе Москвы с чингизидами и их войсками, основу которых составляли люди, называвшиеся к тому времени "татарами", не так прост, как чаще всего думают. Дело в том, что московское войско, пришедшее в Казань, включало в себя больше татар, нежели войско Едигера».

Вот так: в войске Московской Орды, захватившем якобы «татарскую Казань», татар было больше, чем у самих «татар» Казани…

Еще факты. Уже упомянутый "Казанский летописец" рассказывает о том, как царь Иван Грозный по пути на Казань, в Муроме, "благоразумно... учиняет началники воев":

"В преднем же полку началных воевод устави над своею силою: татарского крымского царевича Тактамыша и царевича шибанского Кудаита... В правой руце началных воевод устави: касимовского царя Шигалея... В левой же руце началные воеводы: астороханский царевич Кайбула... В сторожевом же полце началныя воеводы: царевич Дербыш-Алей".

А ранее в "Летописце" сообщено следующее: "прийде в Муром град царь Шигалей ис предела своего, ис Касимова, с ним же силы его варвар 30.000; и два царевичя Астраханской Орды... Кайбула именем, другой же – Дербыш-Алей... дающиеся волею своею в послужение царю великому князю, а с ними татар их дватцать тысяш".

Как и Куликовская битва, это снова «внутриордынские разборки». Делят власть в Орде. Вадим Кожинов это признает, но – нет же – пишет о каком-то фантастическом «присоединении к России Казанского ханства».

Так ведь не было никакой «России». Зато была феодальная раздробленность Золотой Орды. Московский улус ее успешно преодолевает, снова объединяя Орду в единое целое. Но при чем тут «Русь» и «Россия»?

Вместо этого российские историки пишут о какой-то вымышленной «феодальной раздробленности Руси» – чтобы обосновать последовавшее потом нападение объединенной Орды Ивана Грозного на Русь. Но ведь вся Русь уже давно объединена в государство Великое княжество Литовское и Русское, плюс туда желают войти Великое княжество Тверское и республики Пскова и Новгорода – из-за чего (ТО ЕСТЬ ПРОТИВ ОБЪЕДИНЕНИЯ РУСИ!) Иван Грозный и затевает свой кровавый антирусский поход татаро-московитов.

Наиболее дальновидные чингизиды постепенно переходили на московскую службу, получая очень высокое положение в Московской Орде. Так, тот самый астраханский царевич Едигер, который в 1552 году стал царем Казанским (в российской историографии принято царей Орды именовать «ханами», что фальсификация истории в угоду московоцентризма; «хан» – это князь, коган, а правили Ордой именно цари, получившие титул от Византии), десятью годами ранее прибыл в Москву, а в 1547-м во время неудачного похода на Казань был одним из московских "началных воевод". Но чаша весов еще, казалось, колеблется, и через пять лет Едигер, став царем Казанским, отвергал все предложения подчиниться Москве. Но затем, оказавшись в плену, он через какое-то время принял крещение в московскую автокефальную несторианскую веру с именем Симеона Касаевича (сын Касима), сохранил титул "царь Казанский" и занял высшее положение при Московском дворе (так, в летописных описаниях церемоний царь Казанский Симеон стоит на втором месте после Ивана Грозного).

 

СИБИРСКИЕ ДЕЛА

 

Показательна и судьба потомков известного сибирского царя Кучума. Только в январе 1555 года тогдашний царь Сибири Едигер (тезка царя Казанского) признал себя вассалом Московской Орды. Однако в 1563-м потомок старшего сына Чингисхана Джучи (старшим сыном этого Джучи был сам Батый) царь Кучум разгромил и убил Едигера и вскоре порвал отношения с Москвой. В 1582 году он потерпел поражение от Ермака, а в 1585-м, напротив, Ермак погиб в бою с Кучумом, который до 1598 года продолжал отстаивать свою власть над Сибирью.

Кондратий Рылеев некогда сказал с явно негативным отношением: "Кучум, презренный царь Сибири..."

Однако сыновья Кучума Алей (который, кстати сказать, долго воевал против Москвы вместе с отцом), Абулхаир, Алтапай, Кумыш сохранили титулы "царевичи Сибирские" и пользовались на Московии самым высоким почетом. Сын Алея Алп-Арслан в 1614-1627 годах был правителем относительно автономного Касимовского ханства. А сын последнего, Сеид-Бурхан, принял христианство с именем "Василий, царевич Сибирский" и выдал свою дочь (то есть праправнучку Кучума) царевну Сибирскую Евдокию Васильевну за брата московитской царицы (супруги Алексея Михайловича и матери Петра I), Мартемьяна Кирилловича Нарышкина.

Другой праправнук Кучума (правнук его сына Кумыша), также названный Василием (царевичи Сибирские знали, что по-гречески "Василий" означает "царь"), стал близким сподвижником царевича Московской Орды – сына Петра I, злополучного наследника престола Алексея. Из-за этого пострадали все царевичи: с 1718 года им было велено считаться отныне только князьями Сибирскими. Тем не менее внук опального царевича Василия, князь Василий Федорович Сибирский, живший уже во второй половине XVIII - начале XIX века, стал генералом от инфантерии и сенатором при Александре I. Вадим Кожинов замечает: «он едва ли мог без возмущения воспринимать рылеевскую балладу...»

Итак, уважаемый читатель, вот перед нами факт: даже цари Сибирские, прямые потомки Батыя, стали «русскими» и православными с именами Василий. Что уж говорить о самих народах Орды, которых царизм массово ассимилировал в «великорусский этнос»…

Только вот что в них РУССКОГО – в этих потомках Батыя, которые сегодня унаследовали эту ордынскую ментальность, но выставляют себя «эталоном славяноруссов»?

Был Сеид-Бурхан, а стал Василий. Вот и вся «русскость» 140 миллионов якобы «славян» РФ – появившихся «невесть откуда» при «загадочном» исчезновении народов Золотой Орды.

 

ПРО «ТЮРЬМУ НАРОДОВ»

 

Вадим Кожинов далее в своем очерке пускается в длинные и путаные рассуждения, пытаясь опровергнуть известное мнение, что «Россия – тюрьма народов». Он пишет, что в Британской империи к туземцам относились как к «низшим», а в Российской империи «как к своему народу». Но так это и есть самый настоящий этноцид, уничтожающий в этой ассимиляции нации и этносы!

Что там говорить про малые народы, если в Российской империи были запрещены даже беларуский и украинский языки, губернатор-вешатель Муравьев перевел письменность летувисов на кириллицу и докладывал царю, что скоро превратит их в «новорусских», аналогично пытались «русифицировать» (то есть ордынизировать на московский манер) поляков, а само название страны «Польша» было царизмом запрещено – ввели вместо него «Привисленский край»…

Ладно там тотальная «русификация» башкир или чувашей. Но Муравьев запретил даже само слово «Беларусь» (вроде как от «Руси»!) и садил в карцер всякого, кто посмел в разговоре произнести название нашей страны. В этой связи Вацлав Ластовский в своей книге «Короткая история Беларуси» (Вильня, 1910) удивлялся: это как же можно «русифицировать» то, что заведомо на порядки БОЛЕЕ РУССКОЕ, чем сама Московская Орда?

Прадед Ленина Мойша Бланк выдвинул своих потомков тем, что представил царю проект превращения всех евреев Российской империи в русских (то есть превращения в православных и в славян). Царизм эти усилия прожектера отметил. А вот в любой другой стране мира эти проекты ассимиляции евреев в свой этнос нашли бы дуростью.

Как к этому относиться? Считать неким «особым благом» для евреев и прочих этносов, как находят их ассимиляцию нынешние российские историки и идеологи? Они говорят, что, дескать, в этом «особая миссия России». И что, дескать, «мы никого не завоевывали», «мы присоединяли». То есть ассимилировали сотни народов, превращая их в свой государственный этнос – лишая эти народы своего языка, своей истории, своей культуры, своей вообще памяти и этнического самосознания.

А ведь началась эта «практика» именно с захвата Москвой власти в Орде: когда царей Орды с их народами стали «переписывать» в подданных Московии с их ассимиляцией на московский манер. Сие понравилось, и технология в дальнейшем только совершенствовалась.

В период «ордынского ига» Московский улус всячески боролся против объединения с Русью ВКЛ и прятался за спину своего «старшего татарского брата». И даже к 1500-м годам «русских» Московии было всего около двух миллионов – что меньше даже числа литвинов-беларусов того времени, поэтому Московия не могла одолеть ВКЛ. Уже возникает вопрос: откуда взялось сегодня 140 миллионов «славяноруссов» РФ, если 500 лет назад таковых было меньше, чем даже беларусов???

Но вот Иван Грозный захватывает власть в царствах Орды, и население «будущих славяноруссов» Московии сразу увеличивается в 4 раза! Это уже мощное государство (по населению равно вместе взятым Польше, Беларуси, Украине), которое нападает на ВКЛ и захватывает на 17 лет Полоцк. Для его освобождения нашим предкам пришлось пойти на создание с поляками Союзного Государства.

Логика Москвы понятна: для удержания власти в бывшей Золотой Орде требовалось ассимилировать ее пестрое население. Эта же политика продолжалась во всех землях, которые захватывала сия страна, но все равно к началу ХХ ст. в Российской империи «русских» (то есть ассимилированных финно-угров, татар, кавказцев и пр.) насчитывалось лишь 47% – менее половины населения государства. Но как можно называть «Русью» страну, если «русских» в ней меньше половины населения? Оставим в стороне тот факт, что и сами-то эти «русские» имели финно-угорские и татарские акценты, культуру, кухню, традиции и прочее – совершенно «не русское».

Эта проблема крайне тяготила царизм, и весь XIX век заседали всякие «комиссии по русификации». Превратить в «русских» пытались прежде всего украинцев-русинов (русифицировать русина – не абсурд ли?), беларусов-литвинов и поляков. Причем, первых и вторых избавляли якобы от «вредного польского влияния». Ну а поляков? От вредного влияния «полонизации» на польский этнос?

Странная у российских историков «логика»: они, пытаясь опровергнуть тезис про «тюрьму народов», с умилением рассказывают о том, что «не захватывали», а «присоединяли к своему народу». Но понравится ли им, если, скажем, Турция ассимилирует в турецкую нацию 10 миллионов русских? Вот возьмем близкий для нас пример Смоленска.

Центральный статистический комитет МВД царской России проводил сбор сведений в 1859 году в Смоленской губернии, результаты были изданы 1868 году в Санкт-Петербурге. Согласно данным, большинство населения Смоленской губернии составляют беларусы: 537,149 человек – против 487,930 великороссиян. Причем, сам Смоленск и западные уезды губернии – вообще чисто беларуские. Например: в самом городе Смоленске и Смоленском уезде жило 82,636 беларусов и только 7,611 великороссиян и 1,077 представителей других национальностей.

Об этом ни слова нет ни в советских изданиях, ни в нынешних российских, а на сайте «Википедия» сообщается, что ныне в Смоленской области живет 93,4% русских и только 1,55% беларусов.

Даже если без ссылок на демографический рост взять просто цифры – 16,231 беларус нынешней Смоленщины, то уже возникает вопрос: а куда делись те 537,149 беларусов, которые ее населяли в 1859 году?

Ответ на эту загадку дает третья графа в данных 1859 года. А именно: первая графа – «Великороссияне» (487,930 человек), вторая графа – «Белорусы» (537,149 человек), а третья графа – «Смесь Великороссиян и Белорусов» (121,407 человек).

Зачем понадобилось выделять 121,407 человек в какую-то «Смесь»? Это абсолютно ненаучно, так как нигде более не использовалось и не соответствует никакой научной методологии. Но, как оказывается, это и не служит научной методологии, а отражает только указания властей царской России всюду записывать при любом удобном случае беларусов в «этнос великороссиян». В комментариях к данным чиновники объяснили:

«В этнографическом отношении Смоленская губерния может быть разделена на две неравные части: восточную, с населением великорусского племени и западную, заселенную белорусами. …Население же граничной полосы носит на себе характер переходный от белорусского племени к великорусскому».

Как видим, цель четко обозначена: «ХАРАКТЕР ПЕРЕХОДНЫЙ ОТ БЕЛОРУССКОГО ПЛЕМЕНИ К ВЕЛИКОРУССКОМУ». То есть, ассимилируется, и эта ассимиляция не только приветствуется, но является частью планомерной политики. Результаты такой политики налицо – в Смоленщине сегодня осталось 1,55% беларусов, остальные насильно записаны в «великорусское племя». То есть в «племя» уже ассимилированных Москвой народов Орды, куда вошли по Пушкину и «злобный черкес», и «друг степей калмык». Они стали «славяноруссами». С ними ладно, но зачем понадобилось превращать в «славяноруссов» беларусов Смоленщины, если мы и так по определению и славяне, и русы? Зачем одних восточных славян надо переделывать в других восточных славян???

А ведь одно из значений слова «Орда» – это «пугающее скопище невесть чего». Таковым и выглядела армия Чингисхана – успех его экспансии был в том, что он дополнял свое войско полками из разгромленных им разноликих стран и народов. Москва это лишь творчески развила, действительно переняв у «Владыки Вселенной» эстафету Орды.

 

Информация