МИФ О РУССКОМ ЯЗЫКЕ В БЕЛАРУСИ

 

 

«Аналитическая газета «Секретные исследования», №9, 2014

 

 

В связи с конфликтом России против Украины, в пророссийской прессе появились нападки и на Беларусь: дескать, у нас тоже «власти угнетают русскоязычное население». Руководство Беларуси уже назвало такие обвинения нелепыми и провокационными. И действительно, авторы подобных «претензий» либо невежественны в вопросах лингвистики, либо специально на пустом месте «нагнетают страсти» с целью какой-то провокации.

 

«БЕЛАРУСКИЙ ЯЗЫК – ДИАЛЕКТ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА»

 

Вот, например, «Отдел Белоруссии Института стран СНГ» сделал заявление под названием «В последнее время в Белоруссии участились нападки на русский язык со стороны высокопоставленных чиновников министерств культуры, образования и информации». В заявлении говорится:

«Русский язык не является для Белой Руси языком, привнесенным чужеземцами. Он существует на территории современной Белоруссии только в литературной форме не менее тысячи лет. И если кто-то этого не знает, то ему достаточно открыть фундаментальный труд классика белорусского языкознания Евфимия Карского «Белорусы», чтобы убедиться в этом. В этом научном труде белорусский языковой вопрос исследован самым тщательным образом и ясно сказано, что русский язык для Белоруссии является исконным языком. Белорусская «мова» является наречием, т.е. разновидностью русского языка, сам русский язык является для белорусов таким же родным, как и для великороссов.

Поэтому противопоставлять русский и белорусский языки могут люди или невежественные, или же преследующие антирусские, а, следовательно, и антибелорусские политические цели».

Ту же самую мысль на всякий лад повторяют прочие пророссийские болтуны, которые трудов Е. Карского никогда в руках не держали. Вот, к примеру, что вещает портал «Реальный Брест» в статье «Русский язык становится в Белоруссии изгоем?»:

«Как показал еще в начале XX века выдающийся ученый-славист академик Евфимий Карский в своем фундаментальном труде «Белорусы», белорусская мова является наречием, т.е. разновидностью русского языка».

Это совершенно не так! На самом деле в царской России было совсем иное понимание понятия «русский язык». Например, Владимир Даль был автором вовсе не «Толкового словаря русского языка», как стали искажать советские издатели книги, а «Великорусского наречия русского языка» (так называлось первое издание его книги).

То есть для Даля нынешний русский язык – лишь наречие, как равно беларуский и украинский. Которые не «отпочкования» от великорусского наречия, а равноправные части общего «русского языка».

Точно так и Карский считал язык великороссов лишь наречием русского языка. Но это же не означает, что наша мова – это якобы «разновидность» великорусского наречия! Она к этому наречию никакого отношения не имеет!

 

ЯЗЫКИ И НАРЕЧИЯ

 

В чем отличие языка от наречия (диалекта)? Лингвисты обычно используют термин идиом, обозначающий любую мало-мальски отличную от других разновидность языка. Так вот идиом может считаться диалектом, если:

- он не является стандартизованным литературным языком;

- его носители не имеют собственного государства или автономного образования;

- он не является престижной формой общения.

В случае с беларуским языком, это вполне престижная форма общения (на ней вещают государственные телеканалы, проводятся торжественные мероприятия, пишутся документы). Это язык самостоятельного государства, соучредителя ООН. Это литературный язык гениев беларуской литературы, признанных во всем мире.

Таким образом, сегодня нет ни одного основания называть беларуский язык «наречием» какого-то иного языка.

Да, такое основание было в царской России, когда беларуский язык был запрещен царизмом в богослужении и книгоиздании, когда беларусы были лишены насильно своей государственности и когда царизм прилагал огромные усилия для ассимиляции литвинов-беларусов в этнос московитов-русских. Вот тогда-то и возникла чисто политическая концепция о том, что якобы есть некая общность «русские» из трех народов, живущих в границах Российской империи. В рамках этой общности царизм выделял великорусское, беларуское и украинское наречия «общего русского языка». Подчеркиваем – не русского в нынешнем значении, который считался только великорусским наречием русского языка.

Также в 19 ст. царизм планировал со временем дополнить «русский народ» поляками, а польский язык считать тоже лишь наречием русского языка.

Однако беларусы и поляки попали в Российскую империю лишь в 1795 году, и по научному определению до этого времени их языки никак не могут считать «наречиями русского языка»: в составе России мы до этого никогда не были, имели свои языки в качестве государственных, частью русского народа не являлись.

 

КАКОЙ ЯЗЫК НАЗЫВАТЬ РУССКИМ?

 

«Отдел Белоруссии Института стран СНГ» в своем сообщении занимается выдумками:

«Поколения молодых белорусских граждан, получивших образование в независимой Белоруссии, буквально зомбировались в плане «отдельности» белорусов от русского народа и России. И эта фактически ежедневная антиисторическая пропаганда в рамках учебного процесса дала-таки свои сомнительные «плоды». Молодые люди, закончившие белорусские учебные заведения, даже при самом позитивном личном отношении к России, не имеют представления о том, что русский язык является исконным для Белоруссии, что именно русский язык (в его западнорусском варианте) был официальным языком Литовско-Русского государства (впрочем, о существовании которого они тоже не догадываются) до его запрета сеймом Речи Посполитой в 1696 году. И когда сведения о подлинной роли русского языка в истории Белоруссии им предоставляются, то это нередко становится для них не только открытием, но и потрясением, т.к. это раскрывает полную несостоятельность существующей в Республике Беларусь системы исторического образования».

Советуем авторам этого «института» открыть документы Московии эпохи Ивана Грозного и сравнить их с нынешним русским языком. И дать почитать кому-нибудь из московских прохожих. Никто из москвичей ни слова не поймет.

Это как раз языки Беларуси и Украины 16 века похожи на их нынешние, а нынешний русский язык – это искусственный новодел Ломоносова, кабинетная выдумка, которой 200 лет. В ней совершенно не та грамматика, а большинство лексики – заимствования из западных языков, а также из тюркских и финских.

Но даже не это удивляет в агрессивной российской невежественности.

Мелетий Смотрицкий, беларуский (литвинский) просветитель, работавший в Вильно и Киеве, автор изданной в 1619 году «Граматiки словенскiя правильное синтагма», задолго до «революционера» в русской лингвистики Ломоносова, создателя грамматики российского языка, создавал научные основы языка русинов.

Как и в Грамматике Л. Зизания, он четко отличал болгарский церковный язык от языка русинов: «Словенски переводимъ: Удержи языкъ свой от зла и устнъ своъ же не глати лсти. Руски истолковуемъ: Гамуй языкъ свой от злого и уста твои нехай не мовятъ здрады».

Ясно абсолютно (как и далее по его книге), что русским языком автор считает нынешний украинский язык (тогда русинский язык русинов). А вовсе не язык Московии-России.

«Нехай», «мовять», «здрады» - это чисто беларуско-украинские слова, которые Мелетий Смотрицкий называет «переводом на русский язык».

Так вот вопрос: где слова «гамуй», «нехай», «мовять», «здрады» - в якобы РУССКОМ языке? Их нет. По этой грамматике язык Москвы как тогда был НЕРУССКИМ, так и сегодня это НЕРУССКИЙ язык.

Во времена ВКЛ «Русью» называли только земли нынешней Украины (а украинцев называли «русинами», Беларусь – «Литвой», беларусов – литвинами). А в Московии жили мосхи («московиты»), еще не вполне славянизированные финно-угры и татары. (Например, советуем почитать книгу Михалона Литвина «О нравах литвинов, мосхов и тартар», написанную около 1500 года.) Выдавать их за некую «Русь» и эталон «языковой русскости» - это издеваться над исторической правдой и зомбировать школьников. Ничего «русского» там не было, только ордынское.

 

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЯЗЫКОВ

 

В 4-6 столетиях на территории современной Беларуси жили западные балты и готы, в Украине – сарматы (ираноязычные индоевропейские племена, их язык наиболее был близок нынешнему осетинскому), в России финно-угры. В Северной Польше (Мазове) – западные балты, в Южной (Ляхии) – сарматы, на Балканах иллирийцы. В Полабье – западные балты и кельты. В Чехии – кельты.

Население жило в основном по руслам рек, и скоро появились промышлявшие по этим руслам РУСЫ (от готского «грести») – в основном готы с западными балтами и кельтами из Полабья. Они стали контролировать все торговые речные пути в этой части Европы и получили прозвище «варяги». Для общения с местным населением и между собой варяги родили койне – крайне упрощенный язык межплеменного общения на основе готского, балтского, сарматского, иллирийского и отчасти кельтского языков. В результате исчезают в регионах этих рек языки автохтонов, и вместо готов, балтов, сарматов, иллирийцев и кельтов там за несколько веков появляются «славяне» - то есть понимающие межплеменной койне, язык торговли, речного промысла, военной службы. Конечно, они весьма отличались между собой (как и по сей день) из-за разных языковых субстратов.

Постоянная Новгородская экспедиция академика В. Янина детально исследовала этот процесс на исторической фактуре Древнего Новгорода. Туда прибыла небольшая (в несколько тысяч) колония ободритов Рюрика из Полабской Руси (славянизированных кельтов с узкими и длинными черепами, полный аналог которых в могильниках под Мекленбургом). Они возле шведской колонии Ладоги (шведы их и позвали из-за спора с местными финнами) заложили Новгород – как продолжение полабского Старгорода (ныне Ольденбург в Германии, старейший славянский город). Местные саамы, как показывает язык берестяных грамот, около 250 лет переходили на славянский койне, пока не стали «словенами». Но самое интересное: это язык вовсе не Киева (там язык карпатской славянской группы), а язык лехитской группы, единый с ляхами Кракова.

Это недавнее открытие поставило жирный крест на выдумках царизма и СССР про какой-то «общий в прошлом древнерусский язык». И, кстати, про нынешние байки о «полонизации беларуского языка». Как оказалось, язык Древнего Новгорода изначально был лехитской группы.

Осев на Ладоге, маркграф Дании Рюрик (бежавший с Родины из-за политических проблем) послал своих готов и ободритов осваивать близлежащие земли чуди и балтов-кривичей, а заодно решил контролировать для «кормления» (получения дани) путь «из варяг в греки». Посланный им отряд с великим удивлением узнал, что на этом пути, как писал Татищев, в Киеве правят «какие-то свои русские князья» от «какой-то своей Руси». Все верно: их славянский язык оказался карпатской группы, а сама Русь Киева была вовсе не северных корней, а шла от Карпатской Руси (Галиции), а та от Венгерской Руси со столицей в Кёвё (не путать с Киевом!), что было последствиями походов князей острова Русин (Рюген) на Рим еще за многие века до Рюрика.

Таким образом, понятие «Русь» тогда, как огромное «речное кольцо», охватывало почти всю Центральную и Восточную Европу. Но вот к будущей Московии это никак не относилось.

Видя такие новые реалии, Византия решила использовать славянский койне для своего государственного влияния через распространение христианства по речным путям этого обширного региона. В 863 г. был на основе греческого алфавита разработан славянский (внешне греческий) алфавит, а Библию перевели на язык койне. Таковым был выбран солунский диалект македонского (болгарского) языка 9 века; через два века он уже вымер и остался в истории как «церковнославянский» или у ученых средневековья просто «славянский».

Так Киевская Русь (первые века являвшаяся готской и варяжской) стала распространителем и языка, и веры.

Когда земли будущей Московии захватывал и осваивал киевский князь Юрий Долгорукий, то с ним была целая армия болгарских попов – они учили местных мосхов через крещение еще и славянскому языку. Но поскольку живший по реке Москва народ мокша мордовской языковой группы (финно-угорской) абсолютно не понимал индоевропейские языковые реалии, то его пришлось учить «с нуля», по религиозным книгам. Вот по этой причине язык великороссов и оказался наиболее близок церковнославянскому (фактически и был вымершим солунским диалектом Болгарии).

Как известно, латынь в средние века была языком не только католицизма, но еще науки и канцелярии (в Польше, например, была государственным языком при создании Речи Посполитой). Аналогичную функцию выполнял и церковнославянский язык в ВКЛ, в Республиках Новгорода и Пскова, в Великом княжестве Тверском, а также в Орде (включая ее московский улус), в Молдове, в Румынии, в Сербии и в ряде других регионов – абсолютно нерусских.

Но поляки не додумались называть латынь «польским языком» из-за того, что это был средневековый язык Польского государства. Однако до такой глупости додумались в своем московоцентричном порыве идеологи России в отношении церковнославянского языка, который спекулятивно и вопреки всем научным фактам стали называть «древнерусским».

И их не смущало, что Солунь, Македония, Болгария – это никакая не «Русь», что там языковой субстрат иллирийского языка (теорию языковых субстратов в СССР вообще запретили). Их не смущало, что Молдова, Румыния и Сербия, где церковнославянский тоже был канцелярским, - это не «Русь» в российском понимании. Вместо этого идеологи выдумали, что, дескать, церковнославянский язык был народным языком «древнерусской народности», а потом беларуский и украинский языки «испортились».

Термин «испортились» тут совершенно нелеп. У трех языков совершенно разное происхождение.

Нынешний так называемый «русский язык» - это отпочкование от вымершего солунского диалекта (9-11 ст.) болгарского языка (рожден на основе церковнославянского). У него в основе иллирийский субстрат, в том числе иллирийское «Да», что только на Балканах. Беларусы, украинцы, поляки, лужичане и другие славяне региона говорят «Так» в знак согласия. Кстати, по этой причине в России не хотят по сей день в богослужениях отказываться от церковнославянского языка, но языковая реформа Ломоносова создала уже новый российский язык – оторванный от церковнославянского, то есть от солунского – по законам своей многовековой жизни. И, как уже говорилось, именно в нынешнем языке России более всего сегодня западных заимствований, которые массово пошли со времен Петра.

Нынешний украинский язык – это есть в понимании средневековых лингвистов НАСТОЯЩИЙ РУССКИЙ ЯЗЫК, у него сарматский субстрат.

Ну а у нынешнего беларуского языка история вообще иная. Изначально это язык западных балтов ятвягов, дреговичей, кривичей. Территория Кривы была в какой-то мере славянизирована (далеко не полностью) во времена Варяжской Руси. А вот литвины Истинной Литвы (Западной Беларуси) перешли на волынский диалект русинского языка (украинского) только в 16 ст., о чем мы подробно писали в цикле статей. Нынешний беларуский язык – это смешение волынского диалекта украинского языка с нашим западнобалтским субстратом литвинов.

Но при чем тут Россия?

Еще можно было бы понять, если бы какие-то имперские претензии предъявляла Болгария: мол, вот на нашем солунском церковнославянском писали документы в Киевской Руси, в Молдове, в Румынии, в Сербии, в ВКЛ, в Московии… Но, простите, точно так латынь была канцелярским языком везде в западной части Европы – но это же не повод для притязаний Италии на эти страны и народы!

Однако вовсе не в Болгарии, а в России самым странным образом объявили чужой церковнославянский язык «древнерусским» и стали полагать «своими» все земли, где сей болгарский язык использовался как канцелярский. Причем, на деле Россия – это Орда, а вот Русь – это Великое княжество Литовское (т.е. Беларуское), Русское (т.е. Украинское) и Жемойтское (т.е. Летувисское). Как же язык Орды можно считать «русским»?

Собственно, нынешний конфликт Москвы с Киевом – это в чистом виде конфликт Орды с Русью: конфликт цивилизаций, культур, ментальности.

 

ВОПРОСЫ ТОПОНИМИКИ

 

Что касается решения Топонимической комиссии, которое автор статьи на портале «Реальный Брест» находит «русофобским», то это вообще-то лишь исполнение решений ООН, обязательных для всех стран: отображать названия с языка государства. Национальным языком Беларуси, как известно, является вовсе не русский, а беларуский язык. Русский язык у нас – это только язык маленького нацменьшинства и язык межнационального общения. Так с какой стати ООН должна считать русский язык нашим национальным, а не беларуский? У того же Карского это два разных наречия с равными правами, одно национально для беларусов, другое для великороссов.

По этому вопросу мы давно писали в газете:

«9-13 октября 2006 года в Таллинне состоялась международная конференция экспертов ООН по топонимике, которые постановили: беларуские названия на иностранных картах ДОЛЖНЫ ПЕРЕДАВАТЬСЯ С НАЦИОНАЛЬНОЙ ФОРМЫ ЗВУЧАНИЯ. Это значит, что на немецких картах вместо Weissrusland (калька с Белоруссии) появится Belarus. Вместо Gomel, Mogilev и Vitebsk — Homiel, Mahiliou и Viciebsk.

Аналогично и на российских картах: никаких «российских вариантов» написания наших топонимов на русском языке БОЛЬШЕ НЕ БУДЕТ. То есть, это для России полная транслитерация всех географических реалий Беларуси с беларуского языка на русский. И никакими «фи» российских лингвистов это не оспорить, так как это – решение, УТВЕРЖДАЕМОЕ КОНФЕРЕНЦИЕЙ ООН: Организация Объединенных Наций обязала отныне карты в России издавать с топонимами Махилеу, Вицебск и Хомель».

В статье:

«Не следует забывать, что в Договоре о создании Союзного государства в первых строках преамбулы сказано, что оно создается, «руководствуясь волей народов России и Белоруссии к единению и опираясь на общность их исторических судеб, заботясь о жизненных интересах своих граждан». Поэтому любому вменяемому человеку очевидно, что в Республике Беларусь с учетом государственного двуязычия географические и дорожные указатели должны быть написаны на русском и белорусском языках.

Однако идеологическими верхами в РБ похоже движут совсем иные категории из примитивного разряда «абы не москаль». При этом их антирусские языковые новшества становятся все более изощренными и циничными».

Хочется спросить у автора: а где же такие «с учетом государственного двуязычия географические и дорожные указатели должны быть написаны на русском и белорусском языках» - в Российской Федерации? И не является ли их там отсутствие из категории «абы не бульбаш» и «антибеларускими языковыми новшествами, изощренными и циничными»?

По разумению автора, если создано «союзное государство Беларуси и России», то беларусы должны отказаться от своего языка. Заодно от своей культуры, от своей литературы, вообще от всего беларуского.

Так это тогда не «союз», а Российская империя эпохи вешателя Муравьева.

В статье:

«В 2014 году в Республике Беларусь должен состояться чемпионат мира по хоккею. В связи с чем минские власти заявили, что транспортные указатели в городе будут содержать надписи по-белорусски и по-английски. О русском языке, как водится в последнее время, «позабыли». Начали с метро. В подземке появились надписи латинскими буквами, но граждане с удивлением обнаружили, что названия станций минского метро сделаны не по-английски, что было бы логично и естественно, поскольку этот язык имеет статус международного. Скорее эти странные надписи выполнены на польский манер, с использованием букв польского алфавита.

Понятно, что такие языковые новшества не остались без внимания общественности и журналистов. Когда же последние поинтересовались у метрополитеновского начальства, что бы это значило, то получили довольно бесцеремонный ответ, что «ничего меняться не будет». Отсюда следует, что «польские» названия минских станций метро – это не чьё-то ошибочное действие, а сознательно проводимый курс на «польщинизацию» Белоруссии».

Страны с названием «Белоруссия» не существует с 1991 г. Как и слова в русском языке «польщинизация». Есть слово «полонизация». Надписи в метро сделаны вовсе не «на польский манер», а это беларуский язык на латинице – требование ООН о транслитерации названий национального языка на латинице. Польшу тут автор хочет приплести лишь из-за своей, видимо, ненависти к полякам, как и ко всему славянскому как западному, не ордынскому.

В статье:

«В этой связи поражает неграмотность и политическая бесцеремонность «самого близкого союзника России». Даже если история с надписями в метро просто недосмотр и головотяпство (…) минских органов управления, то это никак не снимает ответственность с более высокопоставленных лиц, которые должны заботиться не о том, чтобы постоянно по делу и без дела выставлять напоказ свой пресловутый суверенитет (на который собственно никто и не собирается посягать), а об элементарном уважении к русскоговорящим гостям республики и собственным гражданам».

Про «союзника» автор правильно поставил в кавычки: как союзник Беларуси может ненавидеть беларуский язык? А «политической бесцеремонностью» кажется как раз вот эта статья, которая унижает Беларусь и беларусов, является провокацией, разжигающей межнациональную рознь. Льет воду на мельницу ЦРУ и Госдепа США, которые хотят разрушить союз Беларуси и России.

Выше в своем тексте автор упоминает о том, что Беларусь – соучредитель ООН, а затем называет наш суверенитет «пресловутым». «Пресловутым» для кого же?

И разве не миллионами погибших в войну Беларусь заслужила свое право быть суверенным соучредителем ООН? И разве не за Беларусь воевали наши предки?

А за что же тогда? За Великую Россию с триколором РОА Власова и двуглавым орлом на шевронах? Нет, за это воевали на стороне нацистов предатели. И мы эту мерзость русского фашизма победили в Великой Отечественной войне.

Но, видимо, недобитки остались. И хотят опять крови, войны, захвата территорий, великой империи, господства своего языка в других странах – которых и странами не считают.

 

РУССКОЯЗЫЧНЫЙ – НЕ ЗНАЧИТ «РУССКИЙ»

 

Еще одно заблуждение заключается в том, что в России видят всех русскоязычных якобы ментально «русскими», то есть ордынцами, желающими захватывать администрации, вывешивать на них российский флаг, требовать аннексии и введения российских войск.

Но русский язык – это лишь язык межнационального общения, тот же койне, как славянский для многих стран и народов. Язык не несет сам по себе никакой «идеологии» и ни к чему человека не обязывает. И русскоязычный – не означает патриота Великой России.

В «Институте стран СНГ» г-на Затулина (который правильнее называть «Институтом по развалу СНГ») карикатурно представляют историю Беларуси и беларусов, если наивно полагают, что заговори беларус на русском – он якобы станет русским. Еще во времена Машерова беларусы стали массово говорить по-русски, но при этом всегда с гордостью понимали, что «беларус лучше русского». Откуда это всеобщее мнение – трудно сказать. Возможно, из-за самого названия с «бело-», что уже означает некое «особое качество» (а с трибун в РБ не раз повторяется, что беларуса от русского отличает некий «знак качества»). В любом случае для нашего народа быть беларусом более престижно, чем быть русским. Причем это понимают и русские, и другие народы СНГ, выделяя беларусов особым уважением. Таким образом, беларус – это некий престижный «брэнд», от которого никто в здравом уме отказываться не станет. Беларус, даже будучи русскоязычным, четко осознает, что он не русский. Видимо, поэтому в РБ нет ни одной пророссийской политической партии, а русское меньшинство постоянно тает, обеларусиваясь: всякий приехавший сюда русский влюбляется в Беларусь и становится беларусом.

Кроме того, в Беларуси издается огромное число патриотической пробеларуской литературы именно на русском языке. То есть русский язык как раз способствует пропаганде литвинизма, истории ВКЛ, национальной беларуской идентичности и независимости от России. Эти книги – лидеры продаж в книжных магазинах РБ. А вот книжки про «Великую Россию» и «Великий СССР» спросом у русскоязычных Беларуси не пользуются.

Сегодня беларусы в большинстве перешли в общении на русский язык. Но россиянами они от этого не стали – и никогда не станут. Как были беларусами-литвинами, так ими и останутся. Потому что язык у нас второстепенен в этническом определении. Напомним, что в ВКЛ эпохи 16 столетия житель был обязан для успеха в делах знать сразу несколько языков: литвинский (западнобалтский), русинский (ныне украинский), ляшский Кракова (тогда мало отличался от украинского), мазурский Варшавы (тоже западнобалтский), жемойтский (ныне летувисский), латинский и греческий.

И ведь все образованные люди ВКЛ эти языки знали и использовали!

В довоенной БССР было четыре государственных языка. До 1936 года официальными языками республики наряду с беларуским и русским были польский язык и идиш; лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» был начертан на гербе БССР на всех четырёх языках. Обратите внимание – это даже только в Восточной Беларуси, без Западной. А в Западной Беларуси поляков и евреев было еще больше.

Не было у нас никогда никаких «проблем с языками» - ни в ВКЛ, ни в БССР: языки меньшинств у нас исторически уважались и имели государственный статус. Вот поэтому еще больше непонятны нынешние «наезды на Беларусь». Причем с прицелом лишить нас уже беларуского языка как нашего государственного.

Но это язык страны, нации и абсолютного большинства населения, которое его учит и знает. «Подкапывая» под него, российские «товарищи» делают «подкоп» под саму Беларусь как суверенное государство 21 века. Зачем?

Один здравомыслящий историк написал: «Российская империя ментально и исторически тонет, как «Титаник», пытаясь цепляться руками за все, что подвернется, хватая с собой в бездну соседей».

По этой концепции мы видим водоворот… Туда затянуло Крым, Украину. Хотят затянуть нас с Евразией. В ближайшие лет 30 вся история планеты и будет определяться этим водоворотом.

А потом все кончится. «Титаник» утонет.

И после фонтана пузырей будет поставлена точка в нелепых спорах.

По мнению ученых, к концу века почти все население планеты будет говорить на едином языке глобализации – на работе, в семье, на отдыхе. Судя по всему, это будет некая новая разновидность английского языка с примесью других. На фоне этого ожидаемого и неизбежного факта мусолить тему каких-то «языковых меньшинств» - это означает жить в другой эпохе, жить вчерашним днем…

 

 

Информация