НОСТАЛЬГИЯ ПО ИМПЕРИИ

Иван ЛЕПЕШЕВ, доктор филологических наук, профессор, г. Гродно

Специально для «Аналитической газеты «Секретные исследования», №14, 2013

 

Московия почти 250 лет находилась в составе Орды. Как только в 1480 году Московский улус вырвался из-под власти Золотой Орды, он стал ее наследником и вскоре поглотил ее обломки – Большую Орду, Казанскую Орду, Астраханскую Орду, Сибирскую Орду. Московское государство стало империей и веками продолжало великодержавную колониальную политику «собирания русских земель» и «приращения территориями». «Русские земли» искались не только на западе (в Великом Княжестве Литовском), но и на Кавказе, на Дальнем Востоке, на Колыме и на Аляске, а в 1945 г. даже на Курильских островах и в Восточной Пруссии. Народ в течение многих веков воспитывался на имперской пропаганде блистательных побед и высокомерной воинственности. В российском населении формировался соответствующий менталитет.

Когда же в русско-японской войне 1904 – 1905 гг. Российская империя потерпела унизительное поражение, народ не мог простить режиму постыдного военного разгрома, почти полной гибели огромного морского флота. Поражение царизма в этой войне было одной из причин революции 1905 г. Неудачи на фронтах Первой мировой войны тоже содействовали революционному движению 1917 г. и свержению монархии. А 25 октября (по старому стилю) 1917 г. большевики во главе с Лениным и Троцким совершили переворот, свергли Временное правительство, создали свой Совнарком, развязали почти четырехлетнюю гражданскую войну, а потом на развалинах царской империи образовали новую, «красную», «социалистическую» империю. И просуществовала эта последняя мировая империя до 1991 года, когда, в конце концов, Советский Союз приказал долго жить.

 

Прошло более 20 лет, как свершился распад СССР, но и сегодня довольно многие россияне никак не могут примириться с этим. Им не дает покоя ностальгия по империи. Одни в развале Союза обвиняют Горбачева («развалил партию») и Ельцина («развалил державу»). Другие (например, известный российский историк Юрий Жуков) заявляют в печати, что в беларуских Вискулях «три самозваные судьи (Ельцин, Кравчук, Шушкевич) вынесли Союзу смертельный приговор».

А ведь роковой исход коммунистической империи произошел не по воле каких-то личностей, а по объективным причинам. Вот только некоторые из них: безумная великодержавная политика русификации нерусских народов, проводимая под видом «интернационализации»; стопроцентная государственная собственность и как следствие этого – нерентабельность хозяйствования; несравнимое технологическое отставание Советского Союза от так называемых капиталистических стран мира. Достаточно привести такой показатель. В США производится 29% ВВП мира, а на долю Советского Союза, территория которого составляла шестую часть земного шара, приходилось только 3% от мирового объема ВВП. В советском государстве чуть не все капиталовложения шли на вооружение, пропаганду да содержание коммунистических партий в других странах.

Казалось бы, за прошедшее двадцатилетие большинство российских граждан должно было осмыслить всё это, понять, что распад СССР – это неизбежный и естественный процесс, и не помышлять о возврате к прошлому. Но и в нынешних российских газетах и по телевидению нет-нет да и восхваляют прежние порядки, шовинизм и агрессивную политику. А высшее руководство РФ однажды заявило, что «с распадом СССР Россия потеряла много портов». Но, как резонно спрашивает доктор наук Максим Петров, «разве Рига и Таллинн, Клайпеда и Лиепая, Одесса и Херсон, Керчь и Бердянск, Батуми и Поти – русские города?»

Беларуская газета «Новы час», основываясь на материалах российской прессы, сообщала недавно о гастролях в Казани известной певицы Жанны Бичевской. Она исполняла много песен. В одной из них, под названием «Куликово поле», был, например, такой куплет: «Возвратит Россия Русский Севастополь, Станет снова Русским полуостров Крым, Наш Босфор державный, наш Константинополь И святыня мира Иерусалим». В этих строках татарские националисты видели призыв не только к восстановлению российской империи в границах 1917 года, но и к включению в ее состав Стамбула (Константинополя) и даже к инкорпорации Израиля. Татарам особенно не понравились слова о том, что Крым станет русским, хотя, по их мнению, он должен быть только крымско-татарским. Активисты татарского национального движения осудили гастроли Бичевской и пожаловались в ФСБ по этому поводу. Однако Лубянка кратко ответила им: ничего противозаконного в песне нет.

Бичевская гастролирует не только по городам РФ, не забывает и о бывших союзных республиках. Как рассказала мне наша преподавательница, несколько лет назад Жанна Бичевская приезжала в Гродно. Приятная на вид, с хорошим голосом. Концертный зал, куда впускали по билетам, был заполнен до отказа. Каждая песня артистки вызывала шквал аплодисментов. Исполняла она и песню, где речь шла о Севастополе, Крыме, Иерусалиме. И – тоже аплодировали… Певица чувствовала себя очень свободно и уверенно. Исполняя какую-то песню о православии, она прервала песню и вскрикнула: «Православные, встаньте!» И, как говорила мне преподавательница, почти все, к ее удивлению, поднялись и стоя рукоплескали… Правда, народ в зале был далеко не типичный для Гродно.

 

 

ВЛАДЕНИЯ «СТАРШЕГО БРАТА»

 

30 декабря прошлого года в России не преминули отметить 90-летие с момента создания Союза Советских Социалистических Республик. А «Литературная газета» (№43) этой дате отвела целую страницу, поместив на ней под заголовком «Мина под государство» беседу обозревателя «ЛГ» с известным историком, доктором исторических наук Юрием Жуковым. В майском № 18 – 19 за 2013 г. газета подвела итоги дискуссии. И снова в виде беседы с Ю. Жуковым.

Распад Союза произошел, по мнению этого историка, только потому, что не осуществлялась основоположная концепция: одна страна – одна нация – один язык. Эта концепция-триада повторяется в газете неоднократно. Говоря об образовании СССР, Ю. Жуков постоянно затрагивает темы межнационального согласия в современной России. Он говорит, что «пора признать: одна страна – одна нация и один язык. Только так избежим второго акта пьесы, разыгранной в 1991-м». И еще: «Нужно всем нам осознать: настала пора подчеркивать, пропагандировать общность, а не различия. И гордиться этой общностью. В противном случае – распад. Гибель страны».

Отвечая на вопрос журналиста об уроках, которые можно извлечь из истории рождения и распада СССР, историк говорит: «Нельзя ни замалчивать, ни скрывать национальные особенности, как это было в царской России, ни подчеркивать их, пропагандировать, как делали в СССР. Нужна золотая середина. Хочешь говорить на национальном языке? Пожалуйста, дома, в кругу друзей и в первых классах школы, пока не овладеешь русским. Хочешь молиться? Не возбраняется, но опять же дома, в церкви, мечети, синагоге и ни в коем случае – на улице… И за любое нарушение карать. Иногда – жестоко».

Ю. Жуков приветствует верный первый шаг Путина, связанный с введением единой школьной формы на всей территории страны. И повторяет: следует устранить всё, что разделяет народы. «Помнить: в одной стране – один государственный язык. В школе может быть учеба по четвертый класс на национальном языке, но с обязательным ежедневным, по 2 – 3 часа, обучением русскому языку… Есть у родителей конкретного населенного пункта желание поддержать язык, традиции, удастся собрать класс или даже школу – пожалуйста. Но это не должно довлеть. Не может быть своего государственного языка в Казанской области, в Уфимской области – назову так автономные ныне республики».

В качестве образца того, как должно быть на территории всей России, приводится пример: «Прошлым летом был в Саранске, столице Мордовской Республики. Если не знать, что это автономия со всеми формальными атрибутами, то никогда не догадаетесь, что находитесь не на русской территории. Все говорят по-русски, все надписи на русском языке. В красивейшем университете, недавно построенном, обучение на русском. Но есть национальный театр, национальный ансамбль песни и танца, есть писатели, пишущие на мордовском языке. И так далее. Это никому не мешает, это образец того, как должно быть везде».

Не скрывая ностальгии по советской империи, историк говорит: «Почему до сих пор ощущаю себя гражданином СССР? Очень просто: куда бы я тогда ни поехал – в Киев или в Таллин, в Вильнюс или в Алма-Ату, – везде чувствовал себя как дома. Все люди были для меня согражданами, равными мне».

Подчеркивается, что русские люди помогали создавать культуру «национальных окраин», не говоря уже об экономике. «Киностудии открывали, оперные театры, на первых порах всюду работали наши композиторы и постановщики и т.д.». Возражая историку, можно дополнить, что так было не только «на первых порах», а постоянно и делалось это с целью русификации. Так, в период горбачевской перестройки беларуская пресса опубликовала сведения, что в 1953 году из 150 руководящих работников в органах милиции западных областей Беларуси местным уроженцем был только один человек, в аппаратах Барановичского обкома и горкома партии, Гродненского горкома, Волковысского райкома не было ни одного работника из местного населения. Первыми секретарями ЦК КПБ до 1956 года были русские: Пономаренко, Гусаров, Патоличев. Или еще пример: в Латвии в 1989 году коренное население (латыши) составляло только 52%. В Беларуси, согласно переписи 1989 г., русских было 11%, но это меньшинство, как писал Янка Брыль, было «подавляющим меньшинством», занимало руководящие должности. Скажем, директором Свислочской СШ, где я учительствовал в 1949 г., был Сафонов (с Кубани). «В Советском Союзе россиец, еще под стол пешком ходивший, был старшим братом, а любой столетний дед иной национальности был младшим братом» (Р. Бородулин). И в гимне закрепилось это «равенство»: «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки Великая Русь».

Почти аналогичное наблюдалось и при царизме. К примеру, в 1863 г. генерал-губернатор Муравьев (в народе именуемый «Вешателем») сказал: «Что не смог сделать русский штык, доделает русская школа». Он, как отмечено в «Очерках истории Беларуси», почти целиком заменил местных учителей и чиновников выходцами из центральных российских губерний, привлекая их повышением окладов на 50% и перспективой быстрой карьеры.

Решение о создании СССР, с точки зрения Ю. Жукова, было миной замедленного действия. «Пороховую бочку под себя подвели. А мины – две. Статья 6-я (Конституции 1924 г.) о праве республик на выход без объяснения причин. И вторая – каждая республика получила свое министерство просвещения».

Историк с нескрываемой симпатией относится к Сталину, говорит о своей недавно вышедшей книге «Первое поражение Сталина». Сообщается, что после Февральской революции 1917 г. Сталин в мартовском номере «Правды» опубликовал статью «Против федерализма», где выступает как сторонник унитаризма, против деления России по национальным квартирам, предлагает только экономическое деление на исторически сложившиеся экономические регионы. Он писал, как утверждает Ю. Жуков, что, если принять самоопределение народов вплоть до отделения, наступит кошмар. Сталин участвовал и в разработке первой Конституции РСФСР (1918), предлагал вхождение всех национальностей (украинцев, грузин, армян и т.п.) в Российскую Федерацию в качестве областных объединений. Но Каменев, Зиновьев, Троцкий, увлеченные и охваченные идеей мировой революции, отстранили Сталина как сторонника унитаризма от разработки Конституции, отправили сначала «в Петроград на защиту города, а потом гоняли по всем фронтам вплоть до конца ноября 1920 года».

Потом Сталин как член Политбюро и нарком по делам национальностей в 1922 г. подготовил план вхождения Украины, Белоруссии и Закавказской Федерации в состав Российской Федерации. Но на пленуме ЦК «вдруг выступает Каменев, говорит: товарищ Ленин (он отсутствовал, уже тяжело болел) требует образовать СССР. То есть союз. А точнее – конфедерацию. И требует также, чтоб в Конституции нового государства непременно был пункт о том, что все республики, образующие СССР, имеют право в любой момент выйти из него. Что такое партдисциплина? Участники пленума, лидеры компартий становятся по стойке смирно: Ленин приказал – выполним30 декабря 1922 года Первый Всесоюзный съезд Советов провозглашает образование СССР как объединение четырех суверенных республик».

Вот такую версию излагает историк Ю. Жуков. Он даже утверждает, что статья Ленина «к вопросу об автономизации» (о создании СССР), впервые опубликованная только в 1956 году, как и другие последние работы Ленина, написана не самим Лениным, они «приписаны ему, фальшивки; у них есть автор, но отнюдь не Ленин». Однако ведь общеизвестно и документально зафиксировано, что уже после съезда Советов в январе 1923 г. Ленин обратился с письмом к предстоящему XII съезду партии с предложением об устранении Сталина с посла генерального секретаря. И письмо обсуждалось делегатами съезда.

Ю. Жуков всячески обеляет, выгораживает Сталина, этого, по словам поэта О. Мандельштама, «кремлевского горца – душегуба и мужикоборца». Уверяет, что если бы план Сталина осуществился и Российская Федерация делилась не по национальному, а по экономическому принципу, то «страна заговорила бы в конечном итоге на одном языке и сформировалась бы единая общенациональная культура». Делается также сопоставление: «В США кого только нет. И вьетнамцы, и японцы, и корейцы, и ирландцы, и шотландцы, и итальянцы, и мексиканцы… Ничего. Живут вместе. Получают образование, говорят на едином языке. И живут одной культурой, которую совместно создали». Неужели историк не понимает, что это никак не сопоставимые явления?!

Сталин царствовал в советской империи 30 лет. Поэтому журналист ставит вопрос: не делал ли Сталин попыток вернуться к своему первоначальному плану? Историк отвечает отрицательно. Некогда, мол, было Сталину, «был занят подготовкой новой Конституции (1936 года), индустриализацией, обороноспособностью…» (Об ужасной коллективизации, классовой борьбе, беспрерывном терроре, а также про архипелаг Гулаг и не упоминается…) «А с конца 1945 года Сталин фактически не игрок. Тяжело болеет… Уже ничего не мог решать».

Как бы не так! А кто же тогда, как не Сталин, организовал террор 1949 года, мало чем отличавшийся от массовых репрессий 1937-го?

А кто, если не Сталин, установил марионеточные коммунистические режимы в Польше, Чехословакии, Венгрии, Румынии, Болгарии, создал в советской оккупационной зоне так называемую Германскую Демократическую Республику?

А кто преобразовал северную половину Корейского полуострова в «народно-демократическую республику» во главе с Ким Ир Сеном – бывшим политработником Красной Армии?

Сталин не оставлял без внимания и национальный вопрос: в 1950 г. опубликовал большую статью «Марксизм и вопросы языкознания», где, помимо всего прочего, стремится показать, что грядущему интернациональному мировому языку будут предшествовать зональные языки, которые «затем сольются в один общий международный язык». Понятно, какой общий язык имелся в виду.

Возвратимся к суждениям Ю. Жукова. На вопрос корреспондента, не попросятся ли назад республики, ушедшие в свободное плавание, историк отвечает: «Не попросятся». Но он мечтает о новой империи, пусть не такой большой, как прежде, но всё же… «Очень важно восстановить самые тесные отношения с Белоруссией, Украиной и Казахстаном. Если бы добились – ценой любых жертв, отказом от любой выгоды – воссоединения с ними, то в значительной мере вернули бы себе и им чувство самоуважения и национального самосознания, укрепили бы общий экономический потенциал и позиции наших национальных культур». Упоминается какая-то «программа-максимум по интеграции с Белоруссией, Казахстаном и Украиной», но использована фигура умолчания относительно «единой нации – единого языка». Кстати, отметим: недавно президент В. Янукович в своем ежегодном послании к народу и парламенту заверил, что Украина не станет вступать в Таможенный союз России, Беларуси и Казахстана, если это будет препятствовать достижению главной цели – интеграции в Евросоюз.

Рассказывая об истории создания советского государства, Ю. Жуков часто обращается и к предыстории. И нигде не говорит о захвате, о завоевании чужих территорий. Употребляет только «присоединение». «При царе Иване Грозном Россия присоединила Астраханское, Казанское, Сибирское ханства. Плюс Ногайскую орду в Среднем Поволжье. Нужно было ассимилировать новых подданных…» Петр Первый «присоединил большую часть Прибалтики, Екатерина – Курляндию, Литву, Западные области Украины и Белоруссии. Россия вышла на берега Черного моря, двинулась на восток. Но осваивала территории лишь физически…» «Потемкин и Румянцев присоединили Новороссию – всё, что к югу от Днепровских порогов, Запорожскую Сечь… Присоединив Крым, построят Севастополь». Александр I включает в Российскую империю «присоединенное в 1809 году Великое Княжество Финляндское…, Царство Польское, вошедшее в состав империи в 1815 году». «Что же делали царские власти, чтобы унифицировать если не экономический, то хотя бы культурный уровень народов? Ничего». А надо было, «во-первых, поручить Русской православной церкви заняться миссионерством…, во-вторых, везде ввести жесткую администрацию с использованием только русского языка».

 

 

О «МАЛЫХ» ЯЗЫКАХ

 

Журналист, оценивая нынешнюю языковую ситуацию в бывших советских республиках, говорит: «Эстонцы, выходит, поступают по-сталински: живешь в Эстонии – говори по-эстонски. Может, не надо их укорять? Латыши ввели понятие неграждан… для русских, не овладевших латышским языком в нужном объеме». Ю. Жуков соглашается, что «в принципе справедливо требование властей этих стран, чтобы освоили государственный язык». Но в иных его высказываниях звучит противоположное: он говорит о «вечно беспокойном Кавказе», который вот уже 200 лет «покоряет» Россия, о «Грузии с Абхазией и Южной Осетией», об «Армении и Азербайджане с Карабахом», о том, что в Украине «пытаются вытеснить всё русское», не позволяют «русскому языку быть хотя бы территориальным» и т.д.

Историк говорит: «В основе русского, украинского и белорусского языков лежит один и тот же язык». Этим он, по сути, повторяет миф об общей родине трех этносов, давно отвергнутый наукой (археологией, генетикой, антропологией, лингвистикой, историей).

Он утверждает, что «украинская мова не является языком с точки зрения филологической науки». И далее: «Мне не впервой приходилось «воевать» с украинцами по поводу языка. Полагаю, писателям Украины понятно: язык – это самостоятельная на 90 процентов лексика, возможно, близкая к родственным языкам, но самостоятельная грамматика… На украинский язык сильное влияние оказал польский… Включенная в состав СССР в 1939 году Западная Украина (Восточная Галиция) стала привносить в оборот особый диалект. Теперь украинские националисты из западных областей чуть ли не силой навязывают его всем остальным. Я выступаю не против «украинской мовы» как таковой, а против последователей бандеровцев».

Вот какие удивительные «филологические» познания у историка Ю. Жукова… Украинский же язык берет начало со времен Киевской Руси, когда еще Московии и на белом свете не было. А современный украинский язык – это продолжение и развитие того языка, на котором писал Тарас Шевченко. Что же касается упомянутых «90 процентов лексики», то это – абсурд. Как писал профессор Б.А. Плотников, даже в таких языках, как английский, количество заимствований превосходит число собственных единиц, в частности слов. И в «языке такого масштаба, как русский» (Ю. Жуков) на заимствованную лексику приходится не 10%, а в несколько раз больше. В «АГ «СИ» (2012, №18) я уже писал, что в недавно вышедшем 1-м томе «Большого академического словаря русского языка» слов, начинающихся с буквы А, более 2500, среди них 850, или 34%, имеют помету о заимствовании из какого-либо иностранного языка. При этом наблюдается такое явление. В словаре, к примеру, показано, что слово «авто» (в смысле «автомобиль») заимствовано из французского, а еще одно «авто» (в значении «сам») – из греческого. Далее на страницах словаря описывается 170 слов, которые начинаются с «авто», но в словаре не признаются заимствованными, хотя обе части этих слов взяты из других языков: автобаза, автобан, автобиограф, автоблокировка, автовагон, автовокзал, автодиспетчер, автоинспектор, автоколонна, автоклуб, автоматика, автореферат. И так далее. Помимо этого, Московия, находясь в течение столетий под властью татар, переняла от них массу лексики. Многие слова описываются в 1-м томе с пометой «тюркское», например: азям, аир, айва, айвач, айда, аймак, айран, акын, албатас, алыча, бабр, бадьян, базар, бай, байбак, байга, байрам, бакан, баклага, баламут, балбес, балабон, балык, барянта, барыш, баскак, басма, басмач, батыр, бахта, баш, башабузук, башка, башлык, башмак, бешбармак, бешмет, бирюк.

Но тем не менее по укоренившейся традиции, по вбитым в головы догмам россияне беспрекословно верят, что только их язык «великий, могучий, правдивый и свободный» и что «настанет время (и оно не за горами), – русский язык станут изучать по всем меридианам земного шара».

Характерно, что хотя почти все нынешние русские (как и беларуские) издания пишут «в Украине», а не так, как писали прежде («на Украине»), но в беседах Ю. Жукова с обозревателем «ЛГ» используют только старую норму, придуманную в шовинистических целях – с предлогом «на». А обозреватель «ЛГ» даже иронизирует: «Великий грех наш уже в том, что вместо «в Украине» говорим «на Украине», как требует того русский язык, а не политическая сиюминутность».

И обозревателю не кажется странным, почему это в русском языке только по отношению к Украине употребляли сочетание с предлогом «на», а во всех остальных случаях – только «в» (в Армении, в Грузии, в Греции, в Англии, в Соединенных Штатах Америки). И Тарас Шевченко в 1847 году писал: «Мені однаково, чи буду я жить в Украïні, чи ні». Дело в том, что в Московии, а потом и в России до середины XIX в. предложно-падежные конструкции с «на» были типичными. Например, в «Задонщине» (1470) читаем: «На Москве кони ржут, трубы трубят на Коломне». В романе «Евгений Онегин» Пушкина: «Красавиц много на Москве». Подобные конструкции встречались и в XX в.: «На бору со звонами плачут глухари» (С. Есенин); «До войны едва в помине был ты, Теркин, на Руси» (А. Твардовский). Когда же в 1654 году Московия «присоединила» Украину, ее стали отождествлять с «окраиной», начали употреблять «на Укрáйне». В поэме Пушкина «Полтава» девять раз использовано слово «Украйна» в разных падежных формах. См. более подробно о сочетании «на Украине» в «АГ «СИ» (2010, №8).

На страницах «ЛГ» многократно упоминается «Белоруссия». У собеседников язык не поворачивается называть ее так, как положено. А ведь с 1-го сентября 2009 г. и в России, наконец, узаконили, что надо говорить и писать «Беларусь», а не «Белоруссия». Об этом в средствах массовой информации заявил руководитель Института русского языка. Бывший президент РФ Д. Медведев в конце 2011 года сказал беларуским журналистам, что он произносит название нашей страны так, как это зафиксировано в документах ООН: Беларусь. «И настаиваю именно на таком названии нашего братского государства». Но Ю. Жуков – в плену старых взглядов и прежних названий.

Есть у него и «филологические» высказывания: «Откуда взялось белорусское ответвление [от «единого, древнерусского языка»]? Оно привнесено литовским языком, поскольку Белоруссия была несколько столетий частью Великого Княжества Литовского». Невероятно, но факт… Трудно даже поверить, чтобы известный историк не знал о том, что литовский язык (в современном понимании этого термина) не имеет никакого отношения к беларускому, что Беларусь (в ее нынешних границах) и ВКЛ – это почти тождественные понятия, что Беларусь – исторический наследник ВКЛ.

Еще одно «открытие» историка: «Белорусский язык имел хождение только в селах и местечках, был говором неграмотных крестьян». Но ведь в прежние времена жители сел и местечек и были основным населением ВКЛ. Согласно всероссийской переписи 1897 года, 73% жителей Северо-Западного края назвали своим родным языком беларуский.

Ю. Жуков изрекает: «Нельзя в одной стране говорить на двадцати языках. Один должен быть общим… Лукашенко не стал лицемерить, не пошел поперек устремлениям народа, русский свободно ходит по Белоруссии, но белорусы не стали меньше белорусами, сохраняется родной язык, национальные традиции. А доброты и культуры в этой стране на две хватит». Вот как историк похваливает нас, беларусов! И еще говорит: «Украина пока стремится больше в Европу, а белорусы готовы хоть завтра воссоединиться, но этого не хочет Кремль. Он больше озабочен чисто экономическими вопросами – купить газопровод, еще что-то». Вряд ли есть у беларусов такое уж стремление «воссоединиться». Российская газета «Коммерсантъ» не так давно отметила, что если в 2000 году около 50% беларусов желали объединения с Россией, то теперь (по опросам и независимых, и государственных социологов) их осталось лишь 10%. А на беларуских городских улицах – частые стенды: «Беларусь – это мы!»

Хочется верить, что ностальгия ностальгией, но к старому возврата нет. И быть не может!

Информация