ОСТРЫЕ ГРАНИ «ОСВОБОЖДЕНИЯ»

 

Игорь Мельников,

кандидат исторических наук

Специально для «Аналитической газеты «Секретные исследования», №12, 2012

Советские газеты 1939 года об «освободительном походе» красной армии в Западную Беларусь.

История воссоединения Западной Беларуси с БССР в сентябре 1939 г. до сих вызывает много споров среди отечественных и зарубежных историков. Одни «на чем свет стоит» поносят «триклятых панов» и славят «прозорливого» Сталина, другие обвиняют Советский Союз в сговоре с гитлеровской Германией. Удивительно, но до сих пор не проведен глубокий анализ всех первоисточников по этой теме. В этой связи особый интерес вызывает то, как события «освободительного» похода описывала советская пресса. На страницах тогдашних общесоюзных и республиканских советских газет, за мишурой идеологических кружев, демонстрировалась жестокая правда о том, как советская власть приходила в Западную Беларусь. Об этом и пойдет речь в этой статье.

СССР - СОЮЗНИК НАЦИСТОВ

…Утром 18 сентября 1939 г. читатели германских газет на первых полосах увидели материалы, посвященные вступлению Красной Армии в Восточную Польшу. Газета «Фёлькишер беобахтер» на передовице опубликовала статью «Новый закон Восточной Европы». В материале в частности отмечалось: «Мы безгранично приветствуем действия Москвы, которая опирается на кровную связь между населением Восточной Польши и граничащим с ним населением союзных республик Белоруссии и Украины». Другое немецкое издание «Монтаг» поместило сообщение о переданной польскому послу в Москве ноте советского правительства. В газете подчеркивалось, что «Советский Союз из факта распада польского государства сделал вполне правомерные выводы». А уже на следующий день резюме немецких публикаций появились в «Правде». В отношениях между Берлином и Москвой наступал «медовый месяц».

Начиная с 17 сентября 1939 г., страницы советских периодических изданий пестрели сообщениями о том, как население Западной Беларуси и Западной Украины радостно встречает своих «освободителей» с востока. Впрочем, как ни стремились придать ярких красок этому событию советские журналисты, им приходилось констатировать, что западнее Минска все же идет война. Вот как начало «освободительного похода» описывал репортер «Правды»:

«На Белорусском фронте выходят газеты «Знамя Советов» на русском языке и «Звезда» - на белорусском. Боевые газеты рассказывают  о победном марше наших войск. Вот что рассказывает в номере за 19 сентября «Знамени Советов» политрук товарищ Лукьянов: «На рассвете 17 сентября наша часть подошла к границе, открыла ворота проволочных заграждений и прошла пограничные рубежи. На взгорье подразделение орденоносца товарища Исакова атаковало польский пограничный кордон. Удалось захватить в плен одного польского солдата и капрала. Красная Армия быстро продвигается вперед».

«Комсомольская правда» также публиковала впечатления красноармейцев, переходивших границу с Польшей 17 сентября: «Поляки, увидев нас, открыли огонь из окон стражницы. Я быстро дал очередь и сбил один пулемет. В атаку бросились с гранатами в руках. Шли прямо в лоб. Мне удалось подбежать к самому окну заставы и бросить в него гранату. Больше никто не стрелял. Нескольких поляков мы взяли в плен…».

А вот как  те события описывались в белорусской газете «Звязда»: «Ночью два подразделения красных бойцов перерезали колючую проволоку и, разбившись на группы, пошли в тыл врага. Около зарослей пограничники сняли телефонные провода и начали со всех сторон подползать к польской стражнице. Строение находилось в саду, и было обнесено двумя поясами высокого забора. Возле него лежал хворост, который затрещал.

- Кто иде…

Часовой не успел договорить: советский штык прикончил врага. Из его рук выпала винтовка. Раздался выстрел. С криком «ура» пограничники бросились к стражнице. Из ее окон начали стрелять.

- Гранаты, - приказал командир.

Раздались взрывы. Выстрелы из стражницы поредели. Вдруг на вышке, которая находилась над крышей здания, заработал пулемет. Он откинул пограничников назад. Командир взял три гранаты и пополз к забору. Из-за тучи вышел месяц и осветил стражницу, вышку и два темных силуэта на ней. Размахнувшись, пограничник бросил гранату. Раздался взрыв. Пулемет затих.

- Ура, - поднялись красноармейцы.

Но пулемет заработал снова. Полетела вторая граната. Раздался страшный взрыв. В стражнице начался пожар. Приказ был выполнен.

По земле катился густой гул. Это под советскими танками, орудиями, полками сотрясались дороги». 

ЖЕСТОКИЕ БОИ

Агрессия против Польши, вопреки ожиданиям советского руководства, не стала легкой прогулкой для красной армии. Да, польских войск на территории западно-белорусских воеводств Второй Речи Посполитой было мало. Большинство боеспособных частей и полков перед самой войной были переброшены на запад страны. Но те подразделения, которые продолжали дислоцироваться на «крэсах», в большинстве своем оказали сопротивление красной армии. К примеру, не просто пришлось красноармейцам в боях под Пинском, где, как отмечал журналист «Комсомольской правды», «польские кавалеристы пытались окружить советские части». А вот как описывал один из боев красноармейцев с польскими частями, произошедший в районе Молодечно, журналист «Советской Белоруссии»:

«Отряд красноармейцев был отправлен в разведку. Вдруг на окраине одной из деревень показался крестьянин.

- Прячьтесь, товарищи. Там паны, - кричал он, показывая на деревню.

Вскоре из деревни выехали всадники. Их было много.

- Ложись. Гранаты к бою, - скомандовал лейтенант.

Раздались взрывы. Один. Второй. Несколько коней тянули запутавшихся в стременах убитых польских кавалеристов. Польские солдаты залегли и открыли огонь. Красноармейцы бросили в их сторону гранаты. Стрельба прекратилась».

Ожесточенные бои красной армии пришлось вести на подступах к Скиделю. Здесь солдаты Войска Польского не просто укрепились, но и попытались уничтожить все возможные переправы. Сражение, происходившее в том районе, собственными глазами увидел корреспондент «Правды». Вот выдержка из его материала: «Точно град по железным крышам, застучали пули о броню. Поляки подожгли мост. Наш танк на миг исчез в пламени и появился на другой стороне. Следом за головной машиной прошли еще два танка. Через минуту мост рухнул в реку. Остальные танки пошли в обход. Через трясину на противоположный берег прорвался танк командира роты. У следующей машины была перебита гусеница. Водитель поврежденного Т-26 открыл огонь по наседавшим со всех сторон полякам, а командир машины пытался ремонтировать подбитый танк».

Удивительно, как, не имея достаточного количества противотанковых средств, будучи ограниченными в оружии как таковом, польские солдаты умудрялись эффективно сражаться с наголову превосходящей их красной армией. Настоящий примером польского героизма стала ожесточенная оборона Гродно 20-22 сентября 1939 г. Не могло это событие остаться незамеченным советскими фронтовыми журналистами. «Бои за Гродно», «Трое суток у пулемета», «Танкисты», «С именем Сталина»: во всех эти статьях отмечалось, что штурм западно-белорусского города был действительно жестоким и бои шли на смерть. Эти материалы явно диссонировали с теми бравурными реляциями «о букетах цветов и радостных крестьянах», которые превалировали в тогдашних советских периодических изданиях.

Особого внимания заслуживают боевые действия советской авиации в небе над Западной Беларусью. Некоторые «подвиги» «сталинских соколов» порой бросают в дрожь. В октябре 1939 г. в «Правде» были опубликованы воспоминания летчиков Белорусского фронта. Приведу содержание некоторых из них. Признаюсь, если бы не знал, кому принадлежат сие реляции, подумал бы, что их авторы - пилоты нацистского люфтваффе. Жестокость и хладнокровие описанных ниже действий действительно поражают. «Советские войска подходили к городу Кобрин со стороны станции Барановичи. Поляки решили воспрепятствовать нашему продвижению и отстоять город. Противник отправил из Пинска в Кобрин крупные подкрепления.

Мы только что прилетели в Барановичи, пообедали и расположились у самолетов. Нам поручили разведать район Кобрин-Пинск. Звено истребителей вырулило на старт. Взлетели. Погода была скверная. Командир шел первым. У станции Городец из сада, что близ вокзала, по нему открыли огонь из зенитного пулемета. Товарищ Козырев продолжал полет по маршруту, а мы с Мордвиненко пикировали и, внезапно вырвавшись из-за станционного здания на бреющем полете, обстреляли вражеский пулемет.

Вскоре мы обнаружили девять вражеских эшелонов, направлявшихся в Кобрин, и повернули обратно. Облака прижимали нас все ближе к земле. Вскоре было получено задание - атаковать вражеские эшелоны и не допустить их к Кобрину.

Наше звено шло первым. Перед станцией Городец командир покачал крыльями своей машины. Это означало «приготовиться». Я перезарядил пулемет, открыл прицел и спикировал на стоявший на станции воинский состав.

Не успели обстрелять один эшелон, как встретили другой и с высоты 400 метров навалились на него. С крыш и из окон вагонов противник открыл по нам ружейно-пулеметный огонь. Мы зашли от паровоза и прошли бреющим полетом до хвоста поезда, поливая его свинцовым дождем. Я шел последним и видел, как от наших попаданий взорвался паровоз.

Станция Дрогичин. На рельсах 6 воинских эшелонов. На перроне суетятся люди. Снова обстреливаем эшелоны, затем берем курс на Барановичи. Обстрелянные нами эшелоны горят, люди разбегаются».

Читаешь, и представляешь тот ужас, который творился тогда на атакованных советскими самолетами западно-белорусских станциях. А ведь «сталинские соколы» по сути дела помогали гитлеровцам. В период с 14 по 17 сентября 1939 г. сводные подразделения 82, 83, 84, 79 и других польских полков на подступах к Кобрину из последних сил сдерживали атаки танковых частей вермахта под командованием Хайнца Гудериана. Подразделения Войска Польского, выехавшие из Пинска, должны были усилить польский гарнизон этого города, но на пути польских воинских эшелонов оказались самолеты с красными звездами на крыльях.

Часто советские истребители атаковали и пешие колонны польских войск. Один из летчиков вспоминал, что, обнаружив на одной из западно-белорусских дорог скопление отступающих войск противника, командование приказало…разбомбить «офицерские банды». «Приказ этот летчики встретили с необычайным воодушевлением. Вот уж близка цель. Снижаемся, противник заметил нас и открыл огонь. Вокруг самолетов рвутся снаряды зенитной артиллерии.

По большаку, растянувшемуся километра на три походным строем, двигались части польской армии. Самолеты рассредоточились, приняли нужный строй и, развернувшись, одновременно в разных местах пересекли большак. В этот момент на голову врагу посыпались бомбы. Из каждых десяти бомб семь точно попали в цель. Поляки перестали стрелять. Уцелевшие врассыпную бежали в лес.

Вернувшись на свой аэродром и пополнив запас бомб, мы вылетели вторично, на этот раз звеньями. Новый бомбовый залп был не менее удачным, чем первый.

Как стало потом известно, уцелевшие после бомбежки польские части в панике натолкнулись на наши танковые части и были окончательно уничтожены», - вспоминал один из советских летчиков. А ведь в тех колоннах, скорее всего, было много гражданских лиц. Обычные люди пытались вместе с войсками эвакуироваться на юг, к румынской границе.

Вот как один из налетов советской авиации в сентябре 1939-го вспоминал военнослужащий польской армии: «Мы были уже несколько часов на марше. Вдруг послышался рев моторов. Вскоре из-за леса показались самолеты с красными звездами. Дальше был настоящий ад. Послышалась пулеметная стрельба. Люди побежали в разные стороны, пытаясь скрыться в лесу. Я видел, как падают на землю убитые осколками люди и лошади. Некоторые наши солдаты стреляли по самолетам. Наконец, налет закончился, и взору открылась страшная картина. От нашей колонны практически ничего не осталось. В нос ударял тошнотворный запах жареного мяса и крови. До самого вечера мы собирали раненых и убитых. Около ста убитых мы похоронили на старом сельском кладбище. Раненых было около трех сотен».

Во время «освободительного похода» в небе над Западной Беларусью и Западной Украиной случались и воздушные бои. Описание таких эпизодов часто появлялись на страницах центральных советских газет. Одна из таких заметок меня лично поразила. «Летчики вели машины точно по курсу. Вдруг они заметили, что с польского аэродрома поднялся какой-то самолет. По опознавательным знакам истребители установили, что это польская машина. Последовала одна пулеметная очередь. Вторая, третья. Польский самолет задымился и быстро пошел к земле. При посадке летнаб погиб, а летчик, выбравшись из кабины, побежал к лесу. Нет, не уйдешь, подумал советский пилот, дал по нему очередь и убил его…».

*     *     *

Что это, если не война? На земле атакуются стражницы и гарнизоны, в воздухе сбиваются самолеты, и все это камуфлируется под некую «освободительную», как сейчас модно писать, миротворческую миссию. И ведь свидетельства той трагедии налицо.

Уже в первые дни «освободительного похода» в Минске появились польские военнопленные. Как отмечали советские газеты, это были в основном офицеры, причем многие из них в свое время служили в русской императорской армии и неплохо говорили по-русски. Эшелонов с пленными прибывало все больше и больше. Многие из этих людей впоследствии закончат жизнь в Катыни, Медном, Харькове, Киеве или в Куропатах под Минском. Другие пополнят многомиллионную армию заключенных Гулага, чтобы затем, уже в 1941-м вступить в армию генерала Андерса и сражаться с нацистами на западе.

Но пока все эти люди, еще до конца не осознав трагичность ситуации, в которой они оказались, продолжали верить в то, что вскоре их отпустят, ведь Советский Союз не находится в состоянии войны с Польшей. Со страной, которая была их родиной, и которая по сговору диктаторов исчезла с карты Европы.

Таковы лишь некоторые грани «освободительного похода красной армии в Западную Беларусь», которые нашли свое отражение на страницах тогдашней советской прессы. Уже через несколько месяцев, после окончания сентябрьских событий 1939 г. польская тематика исчезнет со страниц советских газет и будет лишь изредка появляться в виде карикатур на польское эмигрантское правительство. События тех дней до сих пор не до конца изучены историками, и каждый новый факт из истории 17 сентября 1939 г. помогает нам, ныне живущим, восполнить пробелы в своем историческом прошлом.

Минск-Варшава

 

Информация