БУЛЬБАШИ

 

 

Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ

«Аналитическая газета «Секретные исследования», №16, 2012

Почему беларусов называют бульбашами?

Откуда появилось название беларусов «бульбаши»?

Я решил исследовать этот вопрос и написать об этом. Зашел в интернете в «Википедию» и… нашел там единственную ссылку на самого себя.

Оказалось, что происхождение слова «бульбаш» изучал только я в книге «История имперских отношений: беларусы и русские» (Смоленск, 2008). «Википедия» выдает ссылку на меня и именно мою версию о том, что слово это произошло от картофеля. Оно появилось в эпоху раздела Речи Посполитой, когда российские попы считали, что беларусы-униаты поедают «чертовы яблоки», как они называли картофель.

ПАРТИЗАН БУЛЬБАШ

Однако один из читателей нашей газеты не согласен с такой трактовкой. Он сообщил, что не нашел слова «бульбаш» ни в дореволюционной царской литературе, ни в довоенной советской. Как он считает, слово «бульбаш» появилось во время Второй мировой войны, и связано оно с антисоветской партизанской армией на Полесье («Полесская Сечь»), которой командовал Тарас Бульба-Боровец.

Эти формирования националистов численностью к 1943 году около 10-12 тысяч бойцов полностью контролировали территорию размером с область и жестоко убивали коммунистов, поляков и евреев. Потом вступили в конфликт с УПА и были разгромлены «бандеровцами» (на самом деле Степан Бандера сидел в концлагере, а УПА командовал Шухевич).

Как полагает читатель, отряд Тараса Бульбы-Боровца советские партизаны, руководство БССР и СССР в своих документах называли «бульбашами». Он якобы обнаружил такие факты. Отсюда, из официоза СССР периода войны, и появилось пренебрежительное прозвище беларуских националистов - «БУЛЬБАШИ». А до 1941-1943 годов понятия «бульбаш» как прозвища беларусов якобы не существовало.

Если это действительно так, то получается страшный конфуз. Дело в том, что крупнейший производитель водки в Беларуси запатентовал торговую марку «Бульбаш», и выходит, что эта водка названа по прозвищу бойцов отряда националистов Бульбы-Боровца.

Фактически, назвать свою торговую марку водки словом «Бульбаш» - это то же самое, как назвать водку «Бандеровец». Скандал неимоверный! И хотя на этикетке водки изображен не националист с немецким пулеметом, а добродушный беларус-селян в народной одежде, это сути не меняет. А даже подчеркивает «националистический характер» бренда.

Однако я не спешил бы принимать версию нашего читателя. Есть несколько существенных возражений.

Действительно, очевидна связь между «бульбаш» и прозвищем главы армии националистов Полесья. В детстве старшие братья прозвали его «Бульбой» за нос, похожий на картофелину. Сам Боровец позже, вспоминая об этих днях, писал, что это прозвище его сильно обижало, пока он не прочитал гоголевского «Тараса Бульбу», после чего стал своим прозвищем гордиться.

Однако этот человек (кстати, умерший в Канаде в 1981 году) никогда не считал себя беларуским националистом, а считал себя украинским националистом. Еще в 1933 году польская полиция сообщила о том, что в с. Быстричи действовал кружок ОУН в количестве 5 человек, во главе которого стоит Тарас Боровец, который вывесил флаг с надписью УВО (Украинская войсковая организация).

В июле 1943 года УПА Боровца была переименована в Украинскую народно-революционную армию (по версии Боровца это было связано с тем, чтобы его не ассоциировали с проводившей резню поляков УПА-ОУН(б)). Симптоматично, что это название предлагалось летом 1941 ОУН(б) для союзной Великой Германии «украинской национальной армии». Совместно с И. Митрингой Боровец создал Украинскую национально-демократическую партию. 18-19 августа 1943 года часть отрядов УНРА была разоружена частями УПА (сторонников Степана Бандеры), а их командиры уничтожены СБ-ОУН(б). 20 ноября 1943 года он вместе с адъютантом прибыл в Ровно для переговоров с немецкими оккупационными властями. Далее он был направлен в Варшаву и в Берлин. 19 ноября 1943 года штаб Полесской Сечи атакован бандеровцами, жена Боровца Ганна Oпоченська-Боровец была ими схвачена и казнена.

Переговоры с немецкими властями ни к чему не привели, и Боровец вместе с адъютантом 1 декабря 1943 года был помещён в специальный политический барак концлагеря Заксенхаузен, где уже находилось руководство ОУН(б), а с марта 1944 года там оказалось и руководство ОУН(м). Освобождён в сентябре 1944 года. Безуспешно пытался организовать прогерманское украинское движение. Занимал антирусские позиции, вёл среди украинцев агитацию против сотрудничества с генералом Власовым.

После окончания Второй мировой войны в Европе некоторое время находился в Германии, где выступал, наряду с другими националистическими лидерами, против гегемонии ОУН(б) и диктаторства С. Бандеры. С 1948 года жил в эмиграции в Канаде. Издавал журнал «Меч і Воля», создал так называемую «Украинскую Национальную Гвардию». Умер в Торонто. Автор воспоминаний «Армия без государства» («Армія без держави»).

Как видим, этот исторический персонаж не имеет никакого отношения ни к Беларуси, ни к беларусам. Он украинский националист, а не беларуский.

Одним словом, эта версия читателя вызывает сомнения. Поэтому вернемся к версии о картофеле.

Замечу лишь, что понятие «бульбаш» весьма двусмысленно звучит в статьях о войне нынешних авторов. Приведу такой пример: 11.05.2007 издание «Экспресс-К» опубликовало статью Вячеслава Шевченко «"СМЕРШ" опаснее смерча» с такими строками:

«Особое беспокойство нам доставляли профессионально подготовленные бойцы националистических формирований белорусской краевой обороны и украинцы. По указанию фашистов они взяли за основу принципы действия наших партизан. Это были небольшие группы по 15-30 человек, укомплектованные немецким диверсионным обмундированием. Они отлично владели рукопашным боем и взрывотехникой. Хорошо ориентировались в дремучих лесах Белоруссии. Против них наши деревенские «бульбаши» были бессильны».

Все совершенно наоборот! «Бульбашами» население называло как раз националистов. Вот цитата из исследования кандидата исторических наук Игоря Мельникова «Неизвестная война в беларуском Полесье» (статья будет опубликована в следующем номере нашей газеты):

«25 октября 1944 г. отряд «бульбашей», как именовали формирования Бульбы-Боровца в беларуских деревнях, окружил деревню Черняны Дивинского района и атаковал находившийся там взвод красноармейцев. В результате боя несколько красноармейцев было убито, другие вместе с офицером захвачены в плен. После пыток красноармейцев сожгли на костре».

Кстати, статья обманывает читателей и в том, что на территории БССР во время оккупации были какие-то «фашисты». На самом деле не было во время оккупации на территории БССР ни одного фашиста.

Фашисты Италии и Румынии оккупировали Кишинев, Одессу, Крым, Кубань. А Беларусь фашисты не оккупировали. Беларусь оккупировали национал-социалисты Германии - представители совершенно другой, вовсе не фашистской социально-экономической формации - а социалистической и родственной советскому режиму во всех аспектах. Они тоже, как большевизм в СССР, были озабочены «социальной модернизацией», но не путем уничтожения вредных классов, а путем уничтожения вредных этносов (впрочем, и СССР Сталина этим в какой-то мере занимался, депортируя целиком народы и провозгласив русских «главным этносом»). В остальном Рейх ничем не отличался от СССР - такая же страна убогого социализма со всеми социалистическими достижениями и проблемами.

КАРТОФЕЛЬНЫЕ ЗАБЛУЖДЕНИЯ

Передача «Дело вкуса» на канале НТВ-Беларусь давно прославилась своими ляпами и несуразностями о беларусах, беларуской истории и кухне:

«Во времена Ивана Грозного наши предки на Руси квасили капусту так… А вот такое блюдо ввел в рацион наших предков царь Петр I… Свекла упоминается в рационе наших предков еще со времен Ивана Калиты…»

Почему у этих минских кулинаров «шкала истории наших предков» странным образом определяется иностранными правителями? Разве наши предки были подданными Ивана Калиты, Ивана Грозного, Петра I? Ведь у наших предков было в то время СВОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО - ВКЛ! Куда делись наши национальные князья и правители ВКЛ-Беларуси, канцлеры ВКЛ?

Оставляю в стороне откровенную фантастику, когда мелкого московского князька Ивана Калиту именуют «царем» - на самом деле тогда царем России был царь Орды, а Калита ему целовал сапоги при аудиенции. На фоне такого невежества и как бы не кажется большим огрехом суждение ведущих передачи «Дело вкуса» о том, что якобы «беларусов прозвали бульбашами, потому что они производят и потребляют картофеля больше всего в мире», а «вся беларуская кухня основана на картофеле», который нам якобы «подарил Петр I». Все это - неправда. Об истории появления картофеля в Беларуси и России поговорим позже, пока про современно производство и потребление.

На самом деле беларуская кухня - древнейшая в Европе, ее многие блюда основаны на овсе, чего нет у других молодых народов, появившихся уже после освоения индоевропейцами пшеницы. Картофель, конечно, существенно разнообразил нашу древнюю кухню, но это не следует абсолютизировать и создавать новый миф - что, дескать, беларуская кухня родилась с появлением у нас картофеля, как точно так беларусы как этнос родились с появлением СССР.

Никаким «выдающимся производителем картофеля» Беларусь не является, и называть нас «картофельной державой» язык не поворачивается. Согласно данным Большой Советской Энциклопедии, картошку в БССР выращивали из рук вон плохо даже по советским меркам. В 1971 году средний урожай в мире 133 ц с 1 га, в Нидерландах 361 ц, в США 233 ц, в ФРГ 293 ц, в ГДР 192 ц, в Польше 185 ц., в Эстонии 178 ц, в Латвии 160 ц, в БССР 130 ц с 1 га.

В наше время ситуация мало изменилась. Вот данные 2007 года (источник: FAOSTAT). В Нидерландах убранная площадь 161 000 га (в Беларуси 412 553 га), собрано 7.200.000 т (в Беларуси 8.743.976 т), урожайность 44,7 т/га (в Беларуси 21,2 т/га). Оставляю в стороне тот нюанс, что порядка трети собранной в Беларуси картошки - в Нидерландах картофелем не считается.

Польша в 1985 году производила 36.546 тысяч тонн картофеля, сегодня польское производство существенно снизилось по ряду причин, но Беларусь тогда производила в 5 раз меньше. Вот данные 2006 года о лидерах производства картофеля в мире: Китай 23%, Россия 12%, Индия 8%, Украина 6%, США 6%, Германия 4%, Польша 3%, РБ 3%.

Мы не «картофельная держава», зачеркиваем этот миф.

Другой аспект: мы якобы потребляем больше всех картошки. На одном сайте рассказывается: «Беларусы любят свою картошку. Они потребляют больше картофеля на душу населения, чем жители любой другой страны мира - согласно оценкам, 180 кг в год или почти по полкилограмма в день». (<http://www.potato2008.org/ru/world/europe.html>;)

Очередной миф. Только в воспаленном воображении можно представить, как среднестатистический беларус съедает в день полкило бульбы. Причем это и дети, а коль они столько не съедят, то за них должны съесть родители - уже порядка килограмма картошки в день. Я в Беларуси ни одного такого беларуса не видел. У беларусов вполне нормальное меню, которое не предусматривает каждый день съедать по полкило или по килограмму картошки: в понедельник съел спагетти, во вторник гречневую кашу, в среду плов, и уж в четверг можно съесть драники. А каждый день есть одну картошку - это, простите, с ума можно сойти от такого однообразия.

Откуда же миф? А из-за ошибки статистики. Да, беларусы потребляют 180 кг картошки в год. Но есть два принципиальных отличия от той же страны Нидерланды, с которой мы сравнивали Беларусь выше. Во-первых, у нас совершенно разная картошка. В Нидерландах учитывается молодой картофель, а лежалый год - там не картофель. А у нас он все равно картофель, и к нему в столовых норма «выхода» в мае - 40% от массы. Вот и считайте сами, сколько реально можно беларусу опустить в кастрюлю для варки в мае месяце от указанных в статистике 180 кг. Никак беларус не может съесть купленные 180 кг бульбы при официальной норме порчи продукта на 60% к весне.

Во-вторых, в Беларуси - в отличие от других стран Европы - свиней кормят бульбой. Что статистика засчитывает как «беларусы съели картошку». На производство 1 кг свиного мяса в Беларуси уходит несколько десятков килограммов бульбы (точных данных не существует, но тенденция является четким фактом). Вот второй фактор.

Вывод: не съедают беларусы по полкило картошки в день. Это миф.

ЕЩЕ МИФЫ О БУЛЬБЕ

В Речи Посполитой и ВКЛ-Беларуси картофель появился в 1676 году. А в России он стал массовой культурой только к середине XIX века, то есть почти через два столетия.

Почти во всех книгах и энциклопедиях начало разведения картофеля в России связывают с именем Петра I. Везде повторяют басню о том, что Петр I, познакомившись с картофелем в Голландии и оценив его, послал графу Шереметеву мешок картофеля со строгим приказом разводить его в России. Это нелепый миф, писатель Валентин Пикуль в своем романе «Слово и дело» указывает, что Петр I прислал Шереметеву не картофель, а топинамбур.

Российский народ познакомился с картофелем только при первом разделе Речи Посполитой: администрация и попы с удивлением узнали, что литвины (беларусы) выращивают и поедают некий загадочный плод. В рамках борьбы с униатством и католичеством в Беларуси священники РПЦ называли картофель «чертовым яблоком», рассказывали о нем всяческие небылицы. В одной из таких поповских небылиц утверждалось, что первый куст картофеля вырос на могиле дочери мифического царя Мамерса, которая при жизни по «наущению дьявола» была распутницей. Посему тот, кто съест «дьявольский фрукт», будет подвержен греховным искушениям и попадет за это в ад. Поэтому вполне вероятно, что слово «бульбаш» означало униата, который ест «чертовы яблоки» - отраву из Ватикана.

В самой же России научное название бульбы в то время - тартофель. В 1770 г. первый русский агроном А.Т. Болотов опубликовал научную статью «Примечания о тартофеле». Болотов первый в России назвал картофель не земляными яблоками и не «потетес» (на английский манер), а «тартофелем».

Первую попытку внедрить картофель в России предприняла Екатерина II, которая доложила Сенату, что лучшее средство борьбы с голодом «состоит в тех земляных яблоках, кои в Англии называются потетес, а в иных местах земляными грушами, тортуфелями и картуфелями». В 1765 году в Москву из Германии было выписано 57 бочонков картофеля. По всей России были разосланы клубни картофеля и наставления по его разведению. Контроль за исполнением этого мероприятия осуществляли местные губернаторы. Но затея провалилась, народ упорно не желал допускать на свой стол иноземный продукт.

Даже в начале XIX века картофель был еще мало известен кулинарам России. Самые образованные русские того времени относились к нему с опасением. Гак, В.А. Левшин в 1810 году, признавая высокую питательную ценность картофеля, вместе с тем писал: «Сырые, только что из земли выкопанные картофели также нездоровы... Врачебная сила сего растения неизвестна».

Существует мнение, что в 1812 году армия Наполеона была деморализована из-за голода на московской земле. Ведь в ВКЛ-Беларуси она питалась в основном картофелем, который тут давно активно выращивали. А в Московии картофеля еще не знали, и когда французы миновали наши земли, то лишились главной основы своего провианта: у московитов они могли найти только капусту и репу. Получается, Наполеон проиграл войну из-за бульбы…

Вплоть до второй половины XIX века картофель, несмотря на грозные указы правительства, так и не занял достойного места в питании русских. «Высочайшими повелениями)» (1840 и 1842 годов) в очередной раз было предписано: 1) завести во всех казенных селениях общественные посевы картофеля для снабжения семенами крестьян; 2) издать наставления о возделывании, хранении и употреблении картофеля в пищу; 3) поощрять премиями и другими наградами хозяев, отличившихся в разведении картофеля. Эта картофельная кампания снова потерпела крах, в немалой степени из-за того, что правительство хотело решить столь важный вопрос насильственными мерами. На Севере, в Приуралье, Поволжье неоднократно вспыхивали крестьянские волнения, вызванные принудительным введением посадок картофеля. В историю они вошли под названием «картофельные бунты».

На этом фоне любовь беларусов к «подозрительному плоду» действительно казалась русским то ли мракобесием беларусов, то ли извращением. Неудивительно, что это стало в представлениях русских главным отличием беларусов. Подобно тому, как немцы и англичане называли французов пренебрежительно «лягушатниками», русские нас с таким же отвращением называли «бульбашами», ведь мы массово поедали нечто, что являлось в их глазах «несъедобным».

И действительно, на первых порах у русских с картофелем случалось немало печальных недоразумений. Крестьяне пытались есть его плоды, напоминающие зеленые ягоды. Увы, они были не только несъедобны, но даже ядовиты. Пробовали есть листья - результат тот же. О том, что у картофеля съедобны клубни, многие даже не догадывались. Вот и ломали голову: как бульбаши могут жрать такую отраву?

Любопытно, что сегодня российские агрономы бульбочкой называют в самом деле несъедобный ядовитый плод картофеля.

ЕЩЕ ОДНА ВЕРСИЯ: БУЛЬБАШИ В РУССКОЙ АРМИИ

Н.В. Гоголь в своей повести о бандите и социальном паразите Тарасе Бульбе указывал, что тот родился в XV веке. Ясно, что прозвище «Бульба» никак не может означать «картофелину», так как в XV веке еще даже Америку не открыли. Впрочем, судя по событиям повести, действие в ней происходит вовсе не во времена татаро-монгольского ига, а накануне войны 1654-1667 годов, в которой московиты и украинские казаки уничтожили половину населения Беларуси. Но и в тот период беларусы еще не знали картофеля. А само слово «бульба» является беларуским и вряд ли могло существовать в языке Запорожской сечи до распространения картофеля.

Что касается слова «бульбаш», то вызывает сомнение, что такая форма могла появиться в русском языке - других аналогов нет. Это архаичная беларуская форма, которая, судя по всему, существовала в беларуской мове задолго до появления у нас картофеля.

В Этимологическом словаре русского языка Макса Фасмера сказано:

«Бульба, буньба  "Картофель", псковск., смол., южн., также гулба - тоже, диал., укр. бульба. Заимств. через польск. bulba, bulwa (Маевский, PF 4, 646), чеш. Bulva из нем. Bolle "клубень, луковица"; см. о последнем Клюге-Гетце 68  Другие видят источник зап.-слав. слов в лат. bulbus; см. Бернекер 1, 100; Голуб 24. Лит. bulve заимств. из польск. Некоторые считают это слово родственным лат. bulla, что ошибочно; Вальде-Гофм. 1, 122; Нидерман, WuS 8, 67 и сл.; Яначек, LF 59, 419; М. - Э. 1, 347».

Во времена Фасмера еще не было научных представлений о западнобалтском субстрате беларусов, мазуров и лужичан. На мой взгляд, это слово у беларусов вовсе не является заимствованием у немцев или поляков, а его ближайший аналог в латинском языке четко указывает, что это древнейшая западнобалтская лексика беларусов, самая архаичная, возрастом минимум в 3500 лет. (В восточнобалтском языке летувисов название картофеля звучит аналогично - bulves.)

Есть масса аналогов между словами латинского и беларуского языков. В Древнем Риме являлось именем-прозвищем Balbus - картавый. Точно так у наших предков имя-кличка Балбич или Балбаш означала картавый. Для языка западных балтов нормой был переход латинского «-us» и «-is» в наши «-ич» и «-аш». Близкое по звучанию латинское bulbus - в нашем западнобалтском языке и должно было звучать как «бульбаш».

Такие прозвища-имена в ВКЛ существовали, корень слова западнобалтский и действительно означал «клубень, луковица», но смысл прозвища был, видимо, иной и определял человека, замкнутого в себе, нелюдимого. Но в ВКЛ это, конечно, не являлось огульным названием всех литвинов (беларусов).

Если это предположение верно, то слово «бульбаш» является древней реалией беларуской мовы и было лишь подхвачено русскими для определения нашей особой ментальности - хуторского изоляционизма (с его пресловутой «толерантностью», которая на деле означает правило: не вмешивайтесь в мою жизнь, за это я не стану трогать вас). Когда после раздела Речи Посполитой подразделения ВКЛ стали частью российской армии, многие российские военные жаловались, что литвины-беларусы излишне дисциплинированы, лишены эмоций, пунктуальны, не имеют порывов к браваде и гулянкам, то есть ЛЮДИ-ЛУКОВИЦЫ по-беларуски, «бульбаши».

Вот характерный пример:

«Старый гусар генерал И.Э. Левенштерн, вспоминая о своей службе с 1816 года офицером Белорусского гусарского полка, с грустью сравнивал этот полк с родными ему сумцами:

«Я был удивлен, что полк собрался в маленьком местечке, не производя шума по целым ночам на улице, в гостиницах... для меня это было неслыханной вещью. На другой день я увидел, как маневрировали эскадроны, и вспоминал о хмуром воинственном лице старого сумца, у которого длинные усы сурово закрывали щеку и который, не имея еще времени проспаться от вчерашнего хмеля, на плаце напивался вновь.

Наши белорусские офицеры все были трезвы, и каждый заботился о службе, но почти большинство ездило плохо, команда у них была не энергична, и взводные командиры не знали службы, в то время как дикие сумцы безошибочно карьером исполняли деплояду... Вы, старые пьяные сумцы, хотя вы и дики и грубы были, но вы были все-таки самые великолепные гусары и на войне, и во времена мира». (Голодолинский П. История 3-го драгунского Сумского его королевского высочества наследного принца Датского полка. Часть 2. М., 1902.)

Дополняет картину представлений о нас и такой любопытный, уже современный факт. В мае 2007 года немецкий посол в Беларуси сказал в интервью радиостанции «Немецкая волна», что, по его убеждению, беларусы в большой степени отличаются от русских. Они «более ментально похожи на наших фризов», это спокойный и выдержанный народ с европейским менталитетом. Получается, вот суть «бульбаша».

Если русское прозвище беларусов «бульбаши» появилось при разделах Речи Посполитой, то это могло произойти только в двух тогда единственных сферах контакта между двумя народами. Первая сфера - административная и религиозная: империя послала в новообретенную колонию тысячи чиновников и попов. В таком случае верна версия о картофеле. Вторая сфера - военная: царизм перевел подразделения ВКЛ под свою присягу (оставив нашим территориальным полкам «Погоню» и бело-красно-белый флаг, в том числе Белорусскому и Гродненскому гусарским полкам, где служила в основном шляхта ВКЛ). А наших крестьян стали массово забирать в рекруты русской армии, где они к 1840 году составляли вообще до 40% ее численности.

Поэтому контакт двух этносов в то время происходил в наибольшей мере все-таки в службе в армии. А в русской армии тогда картофель не ели. Видимо, в службе в царской армии беларусы и обрели прозвище «бульбаши». «Картофельная» подоплека тут очевидна, так как беларусы ели бульбу дома, не ели в армии - и это их удивляло. Но кроме того беларусы отличались от русских дисциплиной и являлись большей частью интровертами - то есть личностями, погруженными в свой внутренний мир и в свои личные проблемы, это психологический тип хуторянина. А у русских иная психология: общинность и лихость. Поэтому слово «бульбаш», видимо, означало не только тягу к картошке, но и особую ментальность хуторянина, чуждую русским.

Завершая эти размышления, скажу, что эти качества беларусов, их в первую очередь дисциплинированность, высоко ценило польское командование Речи Посполитой. Потом царская Россия: Гродненский гусарский полк, изначально состоявший из шляхтичей католиков-беларусов, стал лейб-гвардией российских императоров. Потом СССР: беларусы считались «элитным народом для призыва» и призывались в элитные подразделения типа Ракетных Войск Стратегического Назначения, где служил после школы и автор этих строк.

По мнению военных СССР, бульбаш - самый лучший солдат и офицер. И я тоже так думаю. Это представление о нас, бульбашах, ментально с картошкой уже никак не связано, а является совсем иным: высокой оценкой наших человеческих качеств.

 

 

Информация